— Упырь, свали в туман, — Соня со злостью сверлила взглядом Сашу, приподнявшись на локтях, и совершенно не замечала меня. — Мы еще не закончили.
Они с Сашей словно сцепились взглядами, прожигая друг друга невидимыми лазерами.
— Он тебя два часа лапает, — продолжал наседать брат.
— Да господи! Минут двадцать мы тут только. А ты что, под дверью стоял с таймером и время засекал?
— Мне, что ли, заняться нечем? Короче, скажи своему качку, чтобы готовился к сеансу, только мне не эротический, как тебе, а обычный.
— Саша, может, хватит? — не выдержала я и принялась торопливо извиняться за вторжение: — Соня, вы простите.
Я даже не знаю, как так получилось. Возникло недопонимание. И вы… — Поглядев на массажиста, я дождалась, пока он представится, и извинилась и перед ним тоже: — Станислав, простите и вы. Мы пойдем.
— Можете не уходить, — остановила нас Соня, подавая знак Стасу снять ее с кушетки. Он аккуратно наклонился, подождал, пока она закинет ему руки на плечи, а потом перенес ее в кресло. Соня тут же подъехала к нам, остановившись в опасной близости от кресла Саши.
— Спасибо, что испортил мне сеанс! Когда у меня будут ныть мышцы, приглашу тебя к себе! Наслаждайся, придурок!
— Попридержи язык, мегера, — прошипел брат, хватая рукой Соню за запястье и слегка отталкивая от себя.
— Что здесь происходит? — раздался позади меня резкий голос Булацкого, и я взволнованно оглянулась на него, подмечая щетину на подбородке и усталые глаза. Неловко переминаясь с ноги на ногу, я силилась понять, как объяснить происходящее.
— Соня, что у вас тут за сборище?
Девушка потирала руку, которую только что на глазах брата вырвала из цепкого захвата.
— Кир, привет. Саша так торопился на сеанс массажа, что даже прервал мой, — елейным голоском пропела Соня, кивая на моего брата, а потом поддела: — Или ты так хотел меня увидеть, Сашечка?
— Вот еще. Нужна ты мне больно, — фыркнул брат и собрался уехать восвояси, но Кирилл преградил ему дорогу.
— Я не понял, зачем ты помешал массажу, а теперь уезжаешь? Такое ощущение, что ты целыми днями досаждаешь моей сестре из детского желания задеть.
Просто испортить настроение или сказать гадость. Что она тебе сделала? И тебе не кажется, что ты злоупотребляешь гостеприимством? — спросил он настолько металлическим голосом, что у меня похолодело внутри. — Советую тебе извиниться перед Соней. Я не позволю обижать ее.
Каждый из присутствующих в помещении замер со своими мыслями. Бедный массажист наверняка хотел убраться подобру-поздорову.
