Кирилл всегда встречался с красивыми женщинами, их приятно было считать соперницами, хоть как-то находить объяснение тому, что он снова предпочел ей кого-то другого. Она делала вид, обманывая даже саму себя, что ее мало волнуют похождения Кирилла. Он же мужчина, в конце концов, нагуляется и найдет тихую гавань в ее лице.
Она с отстраненным видом давала поручение своей помощнице узнать все о новой пассии Кирилла, а потом, стоило той выскользнуть из кабинета, вонзалась взглядом в строчки отчета, которые от волнения плыли перед глазами.
Искала, изучала, пыталась понять, чем она хуже, ну чем же, чем, в конце концов?! Чем она хуже на этот раз?!
Напивалась вусмерть, разглядывая предоставленные ей фотографии Кирилла и очередной девки. Они были разные, он не придерживался определенных стандартов, Нелли не удавалось понять его типаж. Впрочем, их всех можно было назвать красивыми пустоголовыми куклами, но в чем-то она им точно проигрывала. Наверное, в возрасте… Часики тикали, как говорится.
Недавно, когда Кирилл решил баллотироваться в мэры, она стала бывать у него чаще. Забрезжил свет в конце тоннеля, почти угасшая надежда снова возродилась, а тут новая напасть…
Новая женщина, которая не укладывалась ни в какие рамки. Пока Кирилл проводил с ней томительно долгие часы, Нелли от злости чуть не сломала наращенные ногти, вонзая их в столешницу. Она не могла позвонить помощнице Инге и попросить собрать данные по девице, поскольку ничего о ней не знала. Кирилл выскочил из машины, спас замухрышку, как чертов рыцарь, и привез к себе домой.
А ей даже слово не сказал, кивнул только в сторону кухни, мол, посиди там, подожди… Сколько ждать? Сколько?! Истерика потихоньку подкатывала, цепляясь ей в душу коварными липкими щупальцами, рвала и без того истерзанную душу на части. Почему бы ей не влюбиться в адвоката Костантина или бизнесмена Бориса Абрамова? Но нет же, она сидит на кухне, ждет Кирилла и наблюдает, как рослая и важная Марта Рафаиловна крутится возле плиты, готовит суп-пюре для Сони и что-то сложное для самого Кирилла.
Эта женщина служила верой и правдой еще самому Святому, отцу Кирилла, поэтому ее невозмутимости могли бы позавидовать даже президенты великих держав.
Не раз спокойно занималась хозяйством во время и после криминальных разборок или попоек в доме, не унывала, когда старый хозяин, обладающий жестким характером, пытался выгнать ее с работы, а просто молча шла готовить его любимые блюда.
