Прохожие смотрели на меня как на безумную и отшатывались, когда я хватала всех подряд за руку, спрашивая, не видели ли они мужчину с маленьким ребенком.
— Есения! — брат догнал меня, вылетев наружу из здания банка, и я на мгновение подивилась резкости его движений, ведь так непривычно было видеть брата уверенно стоящим на ногах. Но тут же жестокая реальность обрушилась на меня и придавила к земле. Началась истерика, я не слышала саму себя и только билась в руках брата, который пытался привести в чувство. Кажется, он вызвал скорую и потащил меня в сквер, усаживая на скамейку.
Дурнота не отступала, тело тряслось как в лихорадке… Очнулась я от укола в руку. Медбрат со шприцем в руке внимательно смотрел мне в глаза.
— Сейчас подействует, — сказал он Саше, а мне к лицу поднес руку. — Сколько видите пальцев?
— Два.
— Отлично.
— Дальше мы сами, спасибо, — быстро проговорил брат, отправляя медицинского работника восвояси.
— Саш, что же делать? — я вскочила со скамьи, вцепляясь ему в предплечья. Рядом стояла Галина, вся в слезах и с виноватым видом.
— Что он сказал? — потребовала я у нее ответа, не сомневаясь, что Павлика украл Андрей. — Как он выследил нас?
— Не знаю как. Сказал, что отец ребенка и я не имею права его даже трогать. Что он пойдет в полицию, если я не отдам малыша. Я не хотела отдавать, хотела поднять крик, но рядом никого не было. Я специально выбрала тихое место, чтобы Пашенька поспал…
— Ладно, это все понятно, — оборвал причитания Саша, задумчиво хмуря брови.
— Поехали, — кивнул нам с Галиной, доставая из заднего кармана джинсов телефон.
— Кому ты хочешь звонить? — забеспокоилась я, спеша за ним следом. Мы добрались до черной шикарной машины, из которой наружу вышел знакомый мне парень. Кажется, его звали Алексеем.
— Лёша, водитель, — быстро представил его брат и открыл дверцу машины, и мы вместе с Галиной без лишних слов юркнули на заднее сиденье.
— Саша, давайте его искать! Он не мог далеко уйти! Надо обратиться в полицию! — вскричала я, как только машина тронулась.
— Не нужно уезжать отсюда.
— Есь, он уже давно скрылся. Бесполезно искать. Будем ждать от него звонка."
"— Какого звонка? Он продаст Павлика на органы или договорился с какой-то бездетной семьей…
— Что за ерунда? Не придумывай. Сама посуди, зачем ему подвергать себя опасности и ввязываться в длинные и опасные криминальные схемы? Что он вообще говорил?
— Он грозился отдать ребенка в детдом, как только родится, — объясняла я быстро.
