Не бросил нас после смерти мамы, не спился, не привел в дом другую женщину, которая силилась бы заменить нам мать, но в итоге бы только дала ощущение, что мы лишние в ее доме. Папа заслужил свободное время от детей и имел право тратить его на что угодно.
Его совет насчет Кирилла всколыхнул старые раны и в чем-то удивил. Он никогда не отзывался хорошо об Андрее, а теперь готов принять мужа, связанного с криминалом? Очень странно. Неужели тебе, папочка, хватило пары дорогих подарков, чтобы встать на сторону Булацкого? А мне? Меня он тоже купил?!.
.
С волнением я нажала на кнопку отбоя и передала телефон Олегу, который стоял над душой во время разговора с отцом. Мне все еще запрещалось иметь при себе телефон постоянно, поэтому я попросила обеспечить меня хотя бы книгами или журналами. В итоге получила электронную книгу без интернета, но с обширной библиотекой и даже коллекцией фильмов и сериалов.
Жаль только, меня не было способно отвлечь ни то, ни другое.
Напряжение никак не хотело отпускать, я мучилась от тошноты и переживала за брата, а в присутствии Булацкого никак не могла расслабиться.
Он деликатно отошел, когда я разговаривала с отцом, а когда вернулся, сел на ряд кресел напротив, перед этим скинув черный пиджак и расстегнув пуговицу на воротнике рубашки. Стрельнув взглядом по четко обрисованным тканью мышцам, я сглотнула от вмиг образовавшейся во рту сухости и скинула на пол ноги, которые до этого подгибала под себя, уютно устроившись во время разговора.
Села ровно, поправив длинный бежевый свитер и сводя ноги, обтянутые плотными колготками телесного цвета. Неловко нашла ступнями ботильоны и втиснула в них ноги. Кирилл молча наблюдал за моими манипуляциями, роскошный и вальяжный в своей позе хозяина мира. Он отлично вписывался в атмосферу этого дорогого шикарного салона частного самолета, в то время как я казалась себе самозванкой, которую разоблачат и вышвырнут. И я сильно сомневалась, что новый шикарный гардероб подарит мне иные ощущения и избавит от чувства стеснения.
— Сиди, как тебе удобно, — устало вздохнул Кирилл, явно недовольный тем, как я засуетилась в его присутствии.
— Спасибо, — машинально поблагодарила я, тут же прикусив язык и снова ощущая неловкость. Кирилл просил меня чувствовать и вести себя естественно, дать ему возможность проявить себя кавалером, взамен пообещал оставить в доме моего брата и уговорить его согласиться на операцию.
