Мирон набрал в ковшик воды и заботливо полил на меня, в ответ я сжалась, спрятав все самые сокровенные места.
— Руки убери, я не кусаюсь. Господи, Диан, чего я там не видел? Не веди себя как маленькая девочка, видишь, я первым иду на перемирие.
Ого, да неужели?
Что это с деспотом?
Я, правда, не узнаю этого стального Терминатора.
Я медленно, немного сомневаясь, разжала руки. Мирон сглотнул, увидев мою потяжелевшую грудь с торчащими сосками.
— Что?
— Да ничего, — его голос возбуждённо охрип.
— У тебя сосочки торчат, возбудилась?
— Нет! Замерзла.
Он криво улыбнулся.
— Такая красивая…
Ну вот и как не растаять от такого порочного шёпота змея-искусителя?
Это невозможно.
Профессиональный манипулятор.
Да и вообще эти миллиардеры те ещё опасные типы.
Мирон медленно и осторожно поливал меня из ковшика, скользя ладонями по коже. Было в этом что-то такое эротичное, таинственное, расслабляющее. Я прикрыла глаза, унеслась в какую-то нирвану. Неосознанно… Я опять не смогла бороться с влечением! Это было слишком приятно… Слишком.
Я в шаге от того, чтобы сдаться. Чтобы сорваться и отдаться мерзавцу немедленно!
— М-м… — с приоткрытых губ сорвался тихий стон.
— Вот так.
Мирон продолжать изводить меня своими нежными, опытными руками. Намылил ладони ароматным гелем для душа и принялся ласкать всё моё тело. Начиная с плечиков, ведёт вниз к бёдрам. Я покачнулась, почти упав, но он мужчина притянул меня к себе, зашептав на ушко:
— Просто расслабься и ни о чём не думай.
А потом накрыл ладонью мой круглый животик и погладил по кругу. Я задрожала, как же приятно! А потом почувствовала, как малыш начал активно шевелиться.
— Пинается?
— Угу…
— Я тоже чувствую. Восхитительно… — голос Мирона наполнился нескрываемым счастьем. И опять я его не узнала, ведь за последнее время я привыкла видеть его абсолютно другим.
Ладонь опустилась чуть ниже, юркнув между бёдер, раздвинула ножки шире. Мирон заскользил пальцами по складочкам, я поняла, что это всё… конец.
Точка невозврата. Теперь я точно не успокоюсь, пока он не поможет сбросить мне мучительное напряжение.
— Нравится, да? Вот так, приятно?
Его пальцы осмелели, уже действовали более активно, поглаживая меня как свою законную собственность. Нашли припухший бугорок в складочках, уверенно надавили. Я вздрогнула от резкого прострела, который диссонансом прошиб меня насквозь.
— Какая же ты красивая, когда голодная.
