Может, став богом, через сотню тысяч эпох. Но найдется та сила, которая нас уничтожит.
Хаджар слушал Акену и не понимал, откуда в девушке, которая годилась ему в младшие сестры, могла поселиться столь…
Он не мог назвать эту идею, ни мудрой, ни глубокой, ни пустой, ни поверхностной.
Она слишком его шокировала.
- И поэтому мы ищем славы. Ибо лишь в ней истинное бессмертие. Воин отправляется биться за свою родину, чтобы его запомнили. Запомнили, что он был. Что он жил. Что он оставил свой след на этом песке.
“След на песке”… Том…
Хаджар еще раз затянулся и посмотрел на брезжущий, на самом краю мироздания, рассвет.
Прекрасное зрелище.
Если не видел рассвета в долине и заката в горах, то кто знает - будет ли твоим праотцам о чем поговорить с тобой.
- Может вы и правы, принцесса. Может и я тоже ищу славы.
- Я ведь уже говорила, что для тебя - просто принцесса Акена.
Они вновь замолчали. Затем, вдруг, принцесса резко повернулась к Хаджару и со звоном меча в голосе, не попросила, а даже потребовала:
- Принеси мне клятву, Хаджар.
Принеси немедленно. Что однажды ты своими руками оборвешь жизнь этой жалкой дряни - Рекки Геран.
Хаджар не подавился дымом. Не вздрогнул от неожиданности.
Он ожидал чего-то подобного.
- Вас обеих связывает клятва, да? - спросил он, продолжая наслаждаться рассветом.
Акена промолчала. Да она и не могла ему ответить.
- И в этой клятве кроется твоя к ней ненависть и её раскаянье, которого она никогда не добьется.
Акена снова промолчала.
Как промолчал и Хаджар.
Мир боевых искусств… одинокое место, где лишь самым везучим удается встретить того, с кем можно его разделить. И лишь единицам - сохранить и не потерять.
Потому что все они - тлеющие угольки на полотне черного бархата. Сверкают ярче звезд, но однажды, как и их холодные собратья из космоса, угаснут.
Хаджар ненавидел философию…
- Прости, - Акена отвернулась, а затем, так же резко, повернулась к Хаджару и протянула ему свой гребень. - Расчеши мне волосы… пожалуйста.
Сердце Хаджара пропустило удар.
В его жизни было всего две женщины, которым он расчесывал прежде волосы.
Его мать и его сестра.
И по обеим он скучал.
И обеих он не мог больше увидеть…
Хаджар взял в руки гребень и принялся аккуратно расчесывать волосы принцессе."
"- Моя мама раньше так делала, - прошептала Акена. По её щекам катились слезы. Не прозрачные, как у простых людей, а изумрудные. Яркие. Светящиеся в отступающей перед рассветом тьме. - И она мне пела.
