- Твоя вечная империя, старший ученик, теперь распалась на семь крупных государств и бесчисленное множество тех, что мельче. Так что не такая уж она и вечная.
Эрхард нахмурился. Кажется, эти слова его задели.
- Мое наследие, младший ученик… то, ради чего я, мои братья и их братья проливали свою кровь… вы - наши потомки, за сытый ужин и золотые прутья теплой клетки продали его даже не врагам, а… зверям.
- Хозяевам Небес, - поправил Хаджар. - драконам, которые…
- Лишь простые звери, - перебил Эрхард. - как бы мудры они тебе не казались.
Как бы человечно не выглядели, но когда слетит вся шелуха, внутри останется зверь. Зверь может быть другом человеку. Может быть его врагом. Может быть его слугой. Но никогда - господином. Ибо в таком случае, сам человек тоже станет им.
- Кем?
- Зверем.
Эрхард развернулся. Он опустил клинок в рубящем ударе и перед ним в воздухе застыл разрез. Прямо внутри пространства.
Хаджар не знал реален мир вокруг него или нет, но чувствовал, что то мастерство, с которым Последний Король сделал этот простой взмах находилось за рамками его понимания.
- Анализ, - в третий раз приказал Хаджар.
[Обрабатываю запрос… запрос обработан. Объект: “Белый Клык/Эрхард Дархан” использование потенциала: 79,57%]
Что же… это многое объясняло.
С этими мыслями Хаджар шагнул следом за Эрхардом внутрь пространственного разреза.
Глава 1041
- Проклятье! - воскликнул Хаджар и тут же обнажил Синий Клинок.
- Не думаю, что это хорошая идея, младший ученик.
- Хватит называть меня “младшим учеником”, старый труп! - зарычал Хаджар и сделал шаг назад.
- Ты это с самого начала планировал, да? Завести меня в ловушку.
Хаджар стоял на берегу широкой реки. Дул спокойный, западный ветер. Молодая красавица весна входила в свои права и постепенно теснила старую, строгую, статную зиму.
Ледяные глыбы уходили вниз по течению. Уже пели птицы, а в зеленеющей, молодой траве, распускались первые цветы.
Около самого берега, на глубоком обрыве, стоял молодой юноша. Лет двенадцати, не больше. В руках он держал простой прямой клинок.
Пот ручьями стекал по его мускулистому, покрытому шрамами, натруженному телу.
Он бился с тенью.
В этот момент, поодаль, на небольшой чурке сидела фигура, закутанная в плащ. Седые волосы, сплетенные в косу, опускались едва ли не до пояса. Сухие, морщинистые, старые руки казалось с трудом держали нож, но при этом весьма ловко вырезали из него фигурку.
Хаджар, даже будь он слеп, глух и лишен обоняния, все равно бы узнал эту фигуру.
