Этот мотодром был сердцем многих его воспитанников и тренеров.
Меня продолжало смущать наше уединение. В здании наверняка остались работники, но на трассе мы будем одни…
Мне нужно остановить свою фантазию, Бессонов взялся научить меня водить мотоцикл, с чего я вообще взяла, что он станет ко мне приставать? У него была прекрасная возможность в машине, где мы были более уединены, но он не воспользовался ситуацией. Причина расшалившихся нервов - разговоры о его бессонных ночах Бессонова. Мысли и фантазии опять работают не в том направлении.
Мне кажется, ему просто нравится меня смущать.
- Ты чего такая тихая, Ками? Ведешь себя, как трусливая мышка. На тебя это не похоже, - закрыв с брелока дверь, он взял меня за локоть и повел к входу. - Прекращай уже меня бояться, я тебя никогда не обижу. Тебя я не обижу, - серьезным голосом, без капли веселости.
- Я не знаю, о чем с тобой говорить, - честно, не скрывая раздражения. Почему рядом с ним я чувствую себя маленькой девочкой? Он прав, я никогда не была трусихой, наверное, поэтому меня так задели его слова.
- Раньше проблем в общении между нами не было, - останавливается, заглядывает в глаза.
- Раньше ты был другим, - моя злость придает мне смелости. - Проще что ли, - веду плечами. - За четыре года ты сильно изменился.
Он такой красивый…
Стоит совсем близко. Сделав шаг, я могу ощутить, как бьется его сердце…
- Для тебя я все тот же, - мне нужна секунда, чтобы вернуться к теме нашего разговора. – Все тот же парень, который будет дуть на твои разбитые коленки, если ты их собьешь, - оглаживая контур моего лица тыльной стороной пальцев.
У меня дыхание перехватывает о этой вроде бы невинной ласки. По коже разбегаются мурашки, в солнечном сплетении печет. - Просто теперь мне наверняка захочется их поцеловать…
- Зачем ты это делаешь? – рот пересыхает, голос звучит так, будто у меня ангина. Я зацикливаюсь на его губах. Если я чуть поддамся вперед, узнаю какие они…
Вот зачем он все это говорит?
- Зачем вывожу тебя на эмоции? – уголки его губ приподнимаются, а мне вот совсем не хочется улыбаться.
Я каждой клеткой в своем теле ощущаю его близость.
- Да, - мне кажется, что мой голос совсем пропал, поэтому добавляю кивок.
- Мне не нравится видеть тебя закрытой.
- Не понимаю… тебя… - мотнув головой.
- Понимаешь, просто боишься, - произносит он, проведя подушечкой пальца по нижней губе. От этой легкой ласки меня тряхануло. – Идем, - тянет за собой. Он спокоен, уверен в себе, а у меня ноги ватные.
