Сегодня тоже не справился, потому что у меня в жилах кровь леденеет, когда я слышу:
- Андрей позвонил, сказал, что Ками со скутера в обрыв улетела. Я еду туда. Ты можешь сейчас подъехать? – с трудом сглатываю, в голове что-то взрывается, заливая все вокруг кровавой пеленой.
- Она жива? – голос не слушается, я боюсь услышать ответ. Любой приговор пусть вынесут лично для меня, только не этот…
Глава 6
Лев
- Да, - раздается ответ Ивана, и мое сердце запускает новый отсчет. - Андрей спускается к ней, говорит, что слышит ее стоны, - вздыхает тяжело Ванька…
- Скорую вызывай и диктуй адрес! – ору в трубку.
Никто из домочадцев не успевает остановить и спросить, что случилось. Пока Иван объясняет приблизительное место, где Ками слетела с дороги, я уже вдавливаю педаль газа в пол.
Мой отец был гонщиком, он до сих пор любит скорость. Мне эта любовь передалось с генами. Правда, гонять профессионально я стал несколько лет назад, до этого только нарушал скоростной режим, вызывая на себя гнев гайцов и родителей.
Вжимая педаль газа в пол, маневрирую среди машин. Это Москва и тут сложно разогнаться, но я ищу любую лазейку. За такое вождение меня попросят положить права на полку, но мне до одного места любые штрафы и наказания.
Выезжая на загородную трассу, здесь можно не сбрасывать скорость. Набираю Ивану, слушаю гудки. Кровь вскипает в жилах, когда он не отвечает.
Только бы Камилла осталась жива…
Жива…
Она жива!
Кровь от страха леденеет в венах.
Ощущение такое, словно все вокруг рушится, погребает меня под обломками, а я ничего не способен сделать. Заставляю свое сердце биться. Заставляю себя дышать.
Почти тридцать минут занимает езда до поворота, который описал Ванька. Авария произошла недалеко от коттеджного поселка, где располагается дом Шаховых. Включаю дальние фары, когда приближаюсь к повороту, но никого не вижу. Где карета скорой помощи? Полицейские? Машины родителей? Хоть кто-то же должен остаться на месте происшествия, если Ками успели забрать в больницу!
Это что розыгрыш мать его?! Только эти могу объяснить пустой отрезок дороги и молчание Лютаева, когда я ему набирал.
Очень хреновый розыгрыш, за который я могу и шею свернуть!
Нет не розыгрыш…
Замечаю на темной обочине две темные фигуры склонившиеся друг к другу, сидят прямо на земле. Взглядом сразу выцепляю Ками, я почти спокоен. Можно дальше жить и дышать.
