Батальон потерял пятнадцать человек убитыми, примерно столько же ранеными. Их сразу же увезли в тыл. Орал посаженным голосом капитан Леженко: «Строится повзводно и всем уходить! Взводу пулемётчиков остаться и прикрыть отход! Выдать им два противотанковых ружья»! Он не приветствует отправку людей на верную смерть, но не станет возражать если найдутся добровольцы.
Эти дни запомнились неимоверным напряжением сил. Позади была Москва. Враг давил на столицы СССР остались считанные десятки километров. Мысль, что фашисты могут захватить город просто не укладывалось в голове.
Политруки призывали стоять до конца, верить что Москва останется советской. Ведь в Бога верят некоторые недалёкие личности, верят упорно, страстно, хотя доподлинно известно, что бога нет. А Москва была, есть и будет. М никогда нога фашистского солдата не ступит на Красную площадь. Исключение будут только для пленных. Но тревога охватывала всё сильнее. Пропагандистские заклинания не действовали.
Батальон отступал полтора часа, прятался в лесных массивах, прошёл через две деревни, где уставших бойцов встречали лишь голодные собаки.
Всех выживших влили в первый стрелковый полк второй Московской дивизии, которым командовал майор Фёдоров, бывший начштаба, занявший должность после гибели полковника Грибова.
– Будешь моими глазами и ушами, лейтенант, – сказал Шубину майор. – От моей разведки остались рожки да ножки, все погибли. Теперь вся надежда только на тебя.
24-го ноября немцы взяли Солнечногорск. Не прошло и суток после сдачи Клина.
Спустя двое суток 7-я танковая дивизия немцев парсировала канал Москва-Волга, последнее крупное препятствие на пути к столице. Передовые гитлеровские подразделения закрепились на другом берегу. Дистанция до Кремля от немецких позиций сократилось до тридцати пяти километров.
Мощная контратака частей первой ударной армии сбила противника с плацдарма. Но он продолжал наступать на других участках, создавал смертельную угрозу для столицы. Советское командование шло на беспрецедентные меры.
Было принято решение сбросить воду из Истринского, Иваньковского и других водохранилищ.
24-го ноября сапёры, едва дождавшись переправы советских войск, взорвали водостоки. Наступающего противника встретил водяной вал, хлынувший из канала. Его высота на отдельных участках достигала двух с половиной метров. Наступление в этом направлении было сорвано. Закрыть водоспуске немцы не смогли.
Южнее столицы наступление тоже затормозилось. Держалась окружённая Тула.
