Я вновь мысленно попросил Сиену дать мне сил, наблюдая за тем, как Ирида идет в спальню, на ходу расстегивая рубашку.
Оставлять Ириду одну в таком состоянии я не собирался, но как было бы легче, будь Вивьен рядом. Ирида сейчас такая расслабленная, милая, доступная, так велик соблазн хотя бы поцеловать ее. Но, боюсь, я сорвусь. И назвать то, что может произойти, обоюдным согласием не получится ни в собственных мыслях, ни в объяснениях.
Перебирая в мыслях события недели, я медленно расхаживал по еще толком не обжитому жилищу.
Старая мебель и почти никаких личных вещей. Ладонь замерла над лежащим на комоде альбомом с мгновенными изображениями, который я сразу открыл. Мгновенные изображения – проекции, перенесенные на бумагу. Довольно дорогое удовольствие даже сейчас, а еще шесть лет назад оно стоило приличных сумм. С первой страницы на меня смотрела рыжеволосая малышка, сидящая на коленях у матери – статной брюнетки с доброй улыбкой. Дальше было еще несколько детских изображений.
Я улыбался, рассматривая Ириду совсем еще крошкой. Потому столь разительным оказался переход к современности, ведь следующим шло изображение выпускников академии. Ирида в строгой форме и с собранными в пучок волосами. Собранная и серьезная.
– Проклятье, – рыкнул я, когда перешел к самому последнему изображению. Ирида стояла под руку с Астером. Они улыбались и казались счастливыми.
Закрыв альбом, я с грохотом опустил его на комод. Как так вышло? Я же злился на Каори за потерю нюха, считал ее пустышкой, правда, она почти сразу доказала обратное.
Как так быстро поменялось мое отношение? Магия, резонанс резервов? Да, наверное, дело именно в этом. Хотя Ирида красивая девушка, умная, добрая. Перечислять ее достоинства можно бесконечно, именно поэтому так тяжело отказаться от нее.
Поток размышлений прервали внезапно. Я подпрыгнул от неожиданности, когда меня дернули за хвост! Ирида выпускать добычу не стала, даже когда я обернулся, а она покачнулась вслед за ускользающей конечностью.
На секунду я забылся, залюбовавшись ею в обычной сорочке, под которой явно не было белья, с распущенными мокрыми волосами, заплетающимися в кудри, румянцем на щеках и шальным блеском в глазах. Пришлось заставить себя опомниться.
– Ирида, отпусти! – возмутился я, уже перехватив хвост ладонью и дернув его на себя.
В приличном обществе не принято обращать на хвост внимание и уж тем более прикасаться.
