И вот новый разворот, и я уже прижалась к груди Ноксиса, закинув колено на его бедро, ощущая горячие губы на плече, пока собственные пальцы закапывались в густых волосах, портили идеальную прическу, и уже бесстыдно скользили по основанию рога демона. Горячая поверхность обжигала нежную кожу, пульсировала, вторя вспышкам внутреннего пламени. Ноксис тихо проурчал, хватка усилилась, хвост обвил мою лодыжку, а губы порывисто поднялись к шее, очертили линию подбородка, язык медленно скользнул по губам.
В мыслях поднялась настоящая буря, а пламя распространилось ниже.
Томление, желание – все это так волнительно, ново и пугающе. Кровь жидкой магмой носилась по венам, оставляя за собой лишь выжженную пустыню, напитать жизнью которую был способен лишь он, Ноксис – моя страсть, мое наваждение, тот, кто погубит меня.
Мелодия все еще звучала – в помещении, в мыслях – я даже не заметила, как зал остался позади, не способная отвернуться от демона. Лишь когда коснулась спиной холодной стены, а горячее тело прижало меня спереди, поняла, что стало тихо.
– Ноксис? – я искренне попыталась опомниться и отрезвить его. Наверное, зря я хваталась за его рога.
Ноксис, как и в первый наш поцелуй, поймал мои губы, захватил, увлек в огненный круговорот. Прижал мои руки к стене, не позволяя и шанса на побег. Только я уже и не пыталась сбежать, целовала в ответ, отзываясь на каждое прикосновение. Кажется, мы снова куда-то шли, а мысли вернулись в пустую голову, лишь когда тяжелая ткань платья опала к моим ногам, а кожи коснулась прохлада.
Я обнаружила себя в роскошной спальне, оформленной в золоте и черной парче. Но осмотреться не успела, ведь мир вновь крутанулся. Я рухнула на мягкую перину кровати, а вид тканевого балдахина надо мной заслонил своей фигурой Ноксис. Пылающий страстью взгляд скользил по моему телу, облаченному лишь в красный шелк белья.
– Лучше, чем в видении, – с восхищением в голосе прошептал Игнис, склонившись к моим губам.
– Ноксис, – я остановила его, положив дрожащие ладони на грудь.
Кажется, я ощущала бешеный стук его сердце и жар внутреннего пламени. – Мы на задании.
– Игра продлится до утра, – его ладонь порывисто пробежалась по борту сюртука, расстегивая золотые пуговицы.
– И я не хочу так… Неизвестно где, с тобой.
– Хочешь, Ирида, именно со мной, – он перехватил мои руки за запястья, словно испугавшись того, что я попытаюсь сбежать.
– Я хочу иного. Семьи, настоящей, полной. Детей. Опоры. Ты не можешь мне дать ничего из этого.
