Мужчина выбросил руку вперед, направляя пластины в выставленный Ильзаром щит. Вот только щит не удержал металл, тот легко прошел через полупрозрачную преграду. Крик сорвался с губ, когда Ильзар вздрогнул, подался вперед, а потом рухнул на пол, кажется, даже не дыша.
– Ильзар! – меня трясло, глаза защипали слезы. Он убил его?"
"Окровавленные пластины вернулись к хозяину, воспарили над его ладонью, которую он занес для новой атаки. Я раскинула руки, призывая свой огонь. Неудача Ильзара показала, что щиты не помогут против этого оружия.
Боль и отчаяние слились в неконтролируемую ярость. Языки пламени вспыхнули на плечах и ладонях. Пластины понеслись ко мне, целясь в грудь. Пламя взметнулось, рвануло единой стеной, оплавляя металл. Раскаленные капли с шипением падали на пол, воспламеняя дощатый пол. И лишь последняя пластина преодолела уже потухающий огненный заслон.
Я успела податься в сторону и поэтому избежала смертельного удара. Пластина лишь оцарапала грудь и плечо по касательной.
Она должна была развернуться, ударить уже в спину, но вдруг просто упала на пол. Хрип мужчины заставил обернуться. Убийца повалился на пол, корчась от боли. И тогда я заметила, как от его тела тянется красная сияющая нить.
– Здравствуй, Ирида.
Сердце пропустило удар, когда я услышала этот голос. В комнату вошел мой отчим.
Серые глаза смотрели торжествующе, на тонких губах растянулась злая усмешка. Красная нить от раны мага тянулась к его ладони, переливаясь и сверкая.
Запрещенный вид водной магии – управление кровью. Это же прямой путь к смертной казни. Отчим сжал сильнее нить, мерцание прекратилось, а маг затих. Кажется, отчим остановил поток крови в теле убийцы.
Я не знала, что предпринять, отчим спас меня, но использовал запрещенную магию. Я метнулась было к Ильзару, чтобы проверить его, надеялась помочь ему, спасти. Из царапины на ладони отчима ко мне рванула красная нить. Сотые доли секунды, я не успела даже толком испугаться.
Кровавая нить ударила в рану на груди, сливаясь с текущей из нее кровью. Отчим сжал ладонью красную нить, и я повалилась на колени, ощущая, как кровь в жилах замедляется, подчиняя тело чужой воле.
– Попалась, – отчим дернул нить на себя, и я, словно марионетка, подскочила с пола, двинулась к нему, механически переставляя ноги, не в состоянии больше управлять собственным телом.
Дыхание сбивалось, по щекам текли слезы, а ужас наполнял мое существо.
