Это ведь сон? Просто реальность не может быть именно такой. Или может?
Света изучила содержимое холодильника, всех полок и шкафчиков. Вынимала продукты, посуду, приборы на автомате. А в голове творилось что-то дикое. Разнообразные мысли довели Тахирову до того, что она допустила совсем иное развитие событий в будущем. К примеру, такое будущее, где она и Демид – вместе.
И как раз к тому моменту, где Света в мыслях паковала чемоданы в доме деда и возвращалась… в этот самый дом, где находилась сейчас, сильные мужские руки, обвив ее талию, заставили очнуться от мечтаний.
Света не сумела скрыть улыбку, а ее тело моментально отозвалось на близость Демида, на аромат геля для душа, на настойчивый поцелуй, угодивший девушке во впадинку между плечом и шеей.
– Я говорю, ты слушай, Свет, – заговорил Демид, а Света каждое слово чувствовала кожей на шее. И горячее дыхание отправляло целый табун мурашек по спине. – Мы вместе. Если бы ты не вернулась, я бы сам приехал к тебе. Ты моя.
– Фундаментально, однако, – хмыкнула Тахирова.
– А, главное, ничего лишнего.
Демид резко выдохнул. А в следующий миг Света ощутила, как перемещается в пространстве. И вот она уже сидела на столешнице лицом к Ирбису. А сам парень вклинился меж ее ног и уперся в стол по обе стороны от бедер Светы.
– Свет, ну ты же знаешь, красиво говорить – это не про меня, – пробормотал Демид, застыв в нескольких сантиметрах от девичьих губ.
Света рефлекторно облизала ставшие вдруг сухими губы. Демид жадно проследил за движением юркого язычка.
А девушка вспыхнула от того, каким алчным стал потемневший голубой взор.
– Так, ладно, давай по порядку, – прошептала Света, – я не могу в одну минуту изменить мою жизнь. И у меня куча условий. Во-первых, мне нужно время. Во-вторых, я хочу убедиться, что мы не поубиваем друг друга в замкнутом пространстве. В-третьих, вопрос контрацепции …
– Свет, – перебил Демид, опалив приоткрытые губы своим дыханием, – ты любишь меня?"
"– Хитрый Ирбис! Хочешь, чтобы я первой призналась?! – возмутилась Света, а голос дрогнул, потому что все серьезно.
Потому что она могла бы говорить неделю напролет, а не сказать ничего важного. А Демид… Он слишком хорошо ее знал. И Света это чувствовала.
– Это простой вопрос, Свет мой, – хмыкнул Ирбис и принялся водить приоткрытым ртом по чувствительной коже на шее, щеке, двигаясь к уху, – да, или нет.
– А если я отвечу «нет»? – рвано выдохнула Света и сама не понимала, откуда в ней эта тяга юлить.
