Забираю целую пачку «Киндер-шоколада» и как дура зависаю на батончике «Сникерс». Громов его просто обожает.
Постукиваю по шоколадке пальцем.
А ещё Громов любит Ладу, напоминаю себе, мстительно складывая в рюкзак «Марс». Состроив мордочку, застёгиваю молнию.
То-то же.
– Ты куда? – спрашивает мама, проходя мимо кухни в столовую.
– Мы… с Миром в одно место прокатимся.
– С Миром, – хмурится она. – А как же приём в администрации?!
– Я написала Лёве, что не пойду. Извинилась перед ним.
– Так не делается, – мама расстроенно качает головой.
– Он не обиделся?!
– Нормально всё, – машу рукой. – Вечером буду. Пока мамуль.
Если честно, я просто счастлива!
И вовсе не оттого, что отправляюсь в мини-путешествие с бывшим дружком.
Нет.
Я так не хотела идти на этот приём, что Громов стал отличным предлогом для отказа Демидову. Правда, я трусливо написала, что плохо себя чувствую, а Лев пожелал поскорее выздоравливать и сообщил, что позвонит вечером.
Ощущаю себя ужасной обманщицей, недостойной такого классного парня.
В прихожей натягиваю короткий блестящий дутый пуховик и серебристые угги.
– Мы в область едем… По зимней трассе, – Мирон отводит взгляд от экрана телефона и недовольно изучает мои ноги. – Чё ты вырядилась как на фотосессию?!
– Мы ведь на машине…
– Это дорога, Карамелина. Машина может сломаться.
Невозмутимо укладываю рюкзак себе на колени и поворачиваюсь к Громову:
– Даже БМВ?..
Играю бровями.
Мир посмеиваясь заводит автомобиль и выруливает на дорогу.
– Даже БМВ ломается. Это всего лишь вещь.
Но понадёжнее будет чем…
– Только попробуй, – предупреждаю с серьёзным лицом.
– Чем корейцы, – договаривает он благоразумно.
– Спасибо.
Наш посёлок находится практически на выезде из города, поэтому мы довольно быстро оказываемся на трассе. Мирон устраивается в правый ряд и заметно расслабившись, немного съезжает в кресле, расставляя ноги.
Периодически бросает на меня многозначительные взгляды.
– Рассказывай давай, – говорит тихо.
Забираю воздух в лёгкие. Я ждала. Боже. Из меня как из табакерки тут же сыпется:
– Всё началось в Новый год…
– Пфф… так давно?!
– Да.
Мне пришло сообщение с анонимного номера. Поздравили с праздником, обозвали овцой и посоветовали крепиться, потому что год будет для меня тяжёлым.
Безукоризненные черты лица ломаются, но это всё равно красиво. Любуюсь.
– Пиздец. И чё ты молчала, дурочка моя?
– Перестань, – стону. – Я тебе рассказываю ни для того, чтобы выслушивать нотации.
Мирон враз становится серьёзнее.
