В полумраке они смотрятся дико сексуально, и я делаю это со всей присущей мне, как будущему дизайнеру, дотошностью. Но увы... отдаляясь от него, когда Демидов забывшись дотрагивается до моей груди.
Дверь, после того как вышла Юлька, предусмотрительно закрыта на замок, нам никто не мешает, поэтому причина не здесь. Даже сфальшивить не получится.
– Фильм закончился, – шепчу, вскакиваю с колен и включаю приглушённый свет. Озираюсь стыдливо.
Поспешно убираю глаза с внушительного паха и обнимаю себя руками.
– Понял, – хрипло смеется Лёва, возвышаясь надо мной.
– Решила всё-таки устроить мне «Смертельную башню»?
Прикрыв рот, хохочу и снова его обнимаю. Теперь за узкую, в сравнении с торсом, талию.
– Прости. Я не могу так быстро, – доверчиво заглядываю в глаза. – И не здесь.
– Успокойся, Ми, – его ладони забирают мои щёки и он серьёзно выговаривает. – И не стесняйся, мы ничего такого не делали. Это всего лишь поцелуи. Ласковые, приятные. Мне нравится твоё воспитание и как ты хранишь себя. Такое сейчас раритет.
Ты уникальна.
– Спасибо, – покрываюсь мурашками, незамедлительно вспоминая отправленное анонимом видео с новогодней вечеринки.
На нём я сначала танцую на сцене, чокаясь бокалами с подружками и заваливаюсь на них же, обнажив задницу. А затем… сижу с голой грудью верхом на Офицерове и те же красные трусы, как главное доказательство, сверкают всё там же.
Пока задание от анонима было одно – завалить зачёт. И тогда видео не появится в университетском чате и его не увидит тот, за уважение которого я переживаю даже больше, чем за расположение Демидова – мой отец.
Боже.
Громов говорил, что камер видеонаблюдения в випке не было. Получается, кто-то снимал умышленно и сейчас меня шантажирует.
Вминаюсь покрепче в Лёвино плечо и пытаюсь затормозить слёзы.
В горле першит от надвигающего спазма.
Мне придётся выполнять все требования и участвовать в этой игре. Это странно, потому что впервые в жизни, я не знаю ни ведущего, ни правил…
Глава 18. Мия и дуэлянты.
– Мия, ты как вообще? Готова к битве мажоров? – спрашивает Энж, когда я заворачиваю в мастерскую, где обычно проходят занятия по рисунку.
Закатываю глаза от раздражения. Сегодня тот самый день.
– Девочки, ну хоть вы не начинайте. Умоляю. Я и так на нервах.
Скидываю сумку на парту и растерянно потираю ледяные от ветра щёки. Пока бежала от стоянки до универа, думала, вся обморожусь. И это я ещё джинсы со свитером догадалась напялить.
На улице настоящие крещенские морозы.
