— Он сам вернется, — просипела она, потирая горло, — уже хвостом виляет перед ней, заискивает.…
— Ну, так и зачем он тебе? — Я пристально посмотрел ей в глаза. — Боишься мужиков — научись стрелять из пистолета. Хотя, лучше бы сначала разговаривать.
— Ой, иди ты, — скривилась она, но тут послышались шаги, и к лифтам вышла Наташа.
— Тебя Влад обыскался, — бросила она Лере.
Та только судорожно кивнула, глядя на меня:
— Видишь. Он меня даже не видит уже.
Она тяжело оттолкнулась от стенки и направилась к квартире.
Наташа проследила за ней взглядом, но не сказала ни слова, а я нажал кнопку вызова лифта.
— Как Лена? — поинтересовался у нее.
— Ты прав. Ей нужна помощь психолога, — кивнула Наташа, напряженно хмурясь. Отстранилась, закрылась от меня… Пришлось действовать решительно:
— Иди сюда, — притянул я ее к себе и обнял. А она неожиданно прижалась ко мне и уткнулась в грудь:
— Меня никогда ещё так не защищали, — прошептала она, подняла голову и заглянула мне в глаза. — Спасибо.…
— Ты — моя женщина.
Я должен тебя защищать.
Она тяжело сглотнула и вытерла слезу, скатившуюся по щеке. И уже в лифте призналась:
— Там на доске с сувенирами я увидела фото. Его и Леры. В Риме. Весной прошлого года. — Она шмыгнула носом. — Это глупо уже. Но Влад… Я просто помню, как он улетел на конференцию в Рим. Помню даты… Потому что я должна была с ним поехать. Я хотела. Просила его побыть вдвоем. Он клялся, сука, что с Лерой у него отношения всего четыре месяца! Мы тогда совсем разошлись уже, и это было не так больно! А на самом деле он давно спал с ней! Со мной и с ней!
На какую-то долю секунды мне затмило мозги, и я выдал полную хрень:
— Ты любишь его ещё?
Наташа подняла на меня дрожащий взгляд:
— Стараюсь не ненавидеть.
Напоминаю себе, что он — ничтожество… Только… зачем ты не дал мне его прибить сковородой вчера?! — Наташа вскинула взгляд к потолку и потрясла руками. — Богом забытая дача! Никто бы не хватился! Сказала бы, что медведь его сожрал! Сволочь! Мразь! Козел!
Я усмехнулся и вытянул ее из лифта, приставив палец к губам:
— Тише, Мышонок, тише…
— И правда Мышонок! Тихая такая, терпеливая, да? — ворчала она, позволяя мне утягивать себя из подъезда.
— Но я поняла, что слишком долго терпела! А Лера вообще не терпит.
— Это не потому, что она такая сильная. Как раз наоборот…
— А я?
— Я не видел тебя тогда. Я вижу тебя сейчас, и мне нравится то, что вижу.
— А о чем вы с Лерой говорили? Я и не видела, когда она прошмыгнула.
— Она боится тебя.
