Вот и сейчас она напоминала деловую человеческую женщину — джинсы, нежно-розовый пуловер, волосы уложены в хвост. И только темные глаза оставались по-прежнему бездонными и настолько жуткими, что смотреть в них было едва выносимо.
— Я заметила, что тебе нравятся такие женщины, — улыбнулась она шире и повертелась передо мной, кокетливо красуясь. — Как тебе? Также нравлюсь, как твоя самка?
— Где Кондрат? — хмуро потребовал я.
— А он не выдержал твоего предательства, — разочарованно сообщила она и обняла себя, ежась будто то холода.
Смена ее настроения нервировала Кондрата, но он был настолько одержим ей, что готов был мириться со всем, что она вытворяла. И она никогда себя не сдерживала. Вот и теперь в ее глазах плясали довольные искры.
— Где он? — повторил я вопрос.
— А ты как кто спрашиваешь? — и она склонила голову на бок, глядя на меня с интересом. — Как друг? Или как предатель? Знаешь, Серафим.… тебя ведь так зовут, как оказалось? Славное имя. Как только ты с таким ангельским именем молчал все это время? Смотрел и молчал, когда я казнила предателей? — Она усмехнулась.
— А стоило оно того? Не находишь, что все было напрасно?
— Нет. Ведь ты здесь.
— Думаешь, я тебе по зубам?
— А ты что же думаешь? — тянул я время.
— Что я забираю тебя себе, как ценный приз.
— Вот как? — усмехнулся я.
— Угу, — закивала она азартно. — Хочу тебя себе. Ты — все, что мне обломится с бизнеса Кондрата.
— А в последний раз, когда ты попыталась на меня напасть, разве, никаких препятствий на своем пути не встретила?
Сорока перестала улыбаться.
Ее губы сжались, как и каждый раз, когда ей приходилось признавать неудачи. Настроение ее снова поменялось. Ее глаза метали молнии, зубы сжались, а уголки губ стали дергаться.
— Ну а что от тебя ещё было ожидать? — неприязненно отчеканила она. — Ты, спасая свой собственный резерв, заделал медвежонка первой встречной, чтобы она быстро восстановила твой потерянный потенциал. Умно! Мне до тебя расти и расти. Но я с этим справлюсь.
У нас будет время. Много времени.
Конечно, ни о каких потенциалах я не думал. И даже не подозревал, что беременность Наташи и ее странное видение связаны, а по итогу у меня, значит, восстановился магпотенциал? Славно. Ну, что ж, погнали…
— Ты — адская тварь, Аня, — склонился я ниже, глядя ей прямо в глаза. — Ты никому не нужна. Тебя никто не любит. Все, чего ты заслуживаешь — полного забвения. Тебе нет нигде места…
Злое заклинание, сильное.
