Приходится повиноваться его требованиям. Рома быстро одевается и накидывает пальто на плечи, не застёгивая его.
— Закрою тебя. Не хочу приехать обратно и увидеть пустые комнаты, в которых тебя нет.
Он на самом деле проворачивает ключ в замке, оставляя меня одну в своей квартире. Я прохожусь по ней, пытаясь собрать все впечатления в единую картинку, чтобы понять, что из себя всё-таки представляет Роман Бесов. Сегодня он такой… расслабленный и улыбчивый, каким я его ещё не видела. Задеваю кончиками пальцев струны гитары.
Воздух едва слышно дрожит от мелодичного звона. Представляю, как пальцы левой руки Ромы скользят по грифу гитары, замирая на ладах, беря аккорды. Лёгкие пощипывания струн правой рукой… Надо будет попросить его сыграть что-нибудь.
Секунды накапливаются в минуты, а они превращаются в часы. Я бессмысленно щёлкаю по каналам кабельного телевидения. Надоело. Хожу по квартире и разглядываю фотографии, расставленные в нише стены. На одной из них Рома ещё подросток: высокий и такой же худощавый, с колючим взглядом, стоит рядом с инвалидной коляской, в которой сидит мальчик, возрастом помладше.
Лицо искажено и кисти рук замерли в напряжении. Беру фотографию в руки. Судя по некоторому внешнему сходству, это его младший брат?.. Задумываюсь, что совсем ничего не знаю о жизни Ромы и только потом понимаю, что сам Рома уже стоит на пороге комнаты.
Рома подходит и забирает фотографию в рамке, ставя её на прежнее место.
— Извини.
— За что, Снежинка?
— Не хотела лезть в твою личную жизнь.
— Да что ты? — усмехается Рома, — тогда не надо было кидаться ко мне на шею с той просьбой. А теперь уже поздно идти на попятную. Ты не просто влезла в мою личную жизнь, ты её захватила.
Рома всё ещё не снял пальто. На плечах от тёплого воздуха тают снежинки. Подавшись внезапному порыву, обнимаю его за торс, вдыхая свежий воздух, который он принёс с собой с улицы.
— Это твой брат, да?
— Да, Андрюша. Недавно была именно его годовщина.
Рома крепко стискивает меня в объятиях и зарывается носом в волосы.
— Сейчас ты как снежный одуванчик.
— Такие бывают?
— Один точно есть. В моих объятиях. Ладно, тебе надо переодеться. Вперёд. Надеюсь, что всё подойдёт по размеру. Продавщицы заверили, что oversize садится на всех без проблем. Но сначала надень вот это.
Он выходит из комнаты и возвращается с огромной волко-шапкой, которую нахлобучивает мне на голову и садится на диван, довольно смеясь.
— Зачем мне это?
— А что? Она забавная.
