Я наблюдаю, как крупные пальцы Земянского с изяществом балерины порхают над клавиатурой. Он загружает электронную почту и прокручивает экран, находя нужную информацию. Кликает мышкой и пододвигает кресло вместе со мной к столу.
— Читай. Не буду тебя утомлять и показывать переписку ещё и с риелторами. Здесь идёт ветка обсуждения варианта, что одобрил Демидов, но попросил кое-что… дополнить.
У меня рвётся с языка, что всё это могло быть сделано под угрозой расправы, но умом понимаю, что в таком случае переписка была бы намного короче.
Может, это всё было написать это с электронного ящика Саши кем-то другим? Бред. Не стали бы зацикливаться и тратить на фальсификацию столько много времени. Я читаю письма одного за другим и узнаю Сашу: его стиль письма, его внимание и любовь к деталям. И Земянский словно читая мои мысли, говорит:
— У Демидова хорошо развито чувство вкуса. Тонко чувствует нюансы, оговаривал даже цвет диванных подушек в новом интерьере. Гедонист, что с него взять?
Глава 11.
Бес
Я выучил назубок её расписание. Все эти сраные, ничего не говорящие мне названия предметов, и номера аудиторий. Как последний болван, тёрся у кабинетов и поточных аудиторий, поглядывая на магистрантов, среди которых не было Снежинки. Сучка решила поиграть? Прячет голову в песок, словно стыдливый страус? Пожалела о том коротком телефонном разговоре? Коротком, блядь, невинном телефонном разговоре. И пусть я мастурбировал, как озабоченный, но она же ничего не сказала такого, из-за чего можно было бы уйти в подполье.
Нет, блядь, это у меня развилось обострение на её почве. И вместо того, чтобы торчать в своей конторе, я слоняюсь полупрозрачным призраком по университету. Я ещё никогда не бывал здесь так часто, как сейчас.
Знаю, что безнадёжно. Отчего-то уверен, что сегодня не найду и бледных следов её присутствия в университете, но всё равно прусь и бесполезно трачу своё время. Дела начинают накапливаться мусорной горой и вот-вот завалят меня с головой.
Днём я мечусь в университете словно мячик пинг-понга от одной стены до другой. Заливаюсь литрами кофе и выкуриваю по две пачки сигарет, возвращаюсь в свою квартиру только затем, чтобы, высидев в ней полчаса, сорваться и приехать в офис. Там уже никого нет: тишина и темнота. Я работаю при свете настольной лампы, курю в открытое окно и, понимая, что успел закончить работу задолго до наступления рассвета, тупо сжигаю бензин, колеся по городу.
