– Не клянись… Но как же девочки? Вдруг они подумают, что я специально услал их в Англию, чтобы тусоваться тут с молодой женой? Скажут еще, что я променял их на постороннюю бабу.
– Тебя только это тревожит? Я могу слетать к ним и поговорить, хочешь? У нас еще неделя до отъезда, я вполне успею обернуться.
Розенберг попытался выпустить дым кольцом, но у него не получилось.
– Слетай, – вдруг решительно сказал он и встал с дивана. – Я поеду делать предложение, а ты пока закажи себе билет."
"Диана ожидала от Розенберга всего, чего угодно, только не того, что он так скоро сделает предложение.
Она знала, что обычно мужчины средних лет тянут до последнего, прикидывая так и эдак, держа в уме, а не найдут ли они себе чего-нибудь получше. Она настраивалась на долгий, вялый роман, на предложения сначала «встречаться», потом «просто пожить вместе, проверить, подходят ли они друг другу», и напряженно размышляла, как бы отклонить эти поползновения, не отпугнув при этом кавалера насовсем.
А тут вдруг – бац! От скорости, с которой претворялись в жизнь ее планы, Диана растерялась.
Розенберг приехал без предупреждения и с серьезным лицом пригласил ее в ресторан. Диана по привычке стала отнекиваться, но он был необычно настойчив. Он пил кофе, сидя на диване, а Диана с мамой собирались за шкафом: мама отпарила юбку, сделала Диане высокую сложную прическу и заняла у соседки нераспечатанные колготки. Диане сначала не понравилось, что мама так суетится в присутствии Якова Михайловича, а потом она решила, что это даже хорошо.
Он убедится, что поход в ресторан для Дианы значимое, редкое событие, а не работа под названием «подцепить мужика».
В машине Розенберг вручил ей большой букет белых роз, упругих и мясистых, так что Диана догадалась, что сегодня ее ждут сюрпризы. «Потащит в постель», – угрюмо решила она, скрывая мрачное лицо за цветами.
Но повернулось иначе.
Ресторан будто был создан по образцу аналогичного учреждения из старых советских фильмов про красивую жизнь: тяжелые шелковые занавески, приборы с треугольными парусами льняных салфеток, официанты в черных брюках, белых рубашках, с галстуками-бабочками.
Диане здесь не нравилось, да и еда оказалась не слишком вкусной; впрочем, она сделала очень скромный заказ, желая продемонстрировать Розенбергу, что на его деньги не претендует. А он даже не заглянул в меню, попросил принести и ему то же самое.
Поэтому они довольно быстро закончили с обедом и теперь пили кофе в уютной нише пустого ресторанного зала.
