Надев единственную гражданскую одежду – облегающую красную кофточку и черные штаны свободного кроя, я спустилась в ресторанчик, расположенный на первом этаже. Заняв свободный столик, заказала стейк средней прожарки и легкий салатик. Ну и да, бутылку хорошего вина с марсианских виноделен.
Закон я, конечно, нарушала, но кто же меня накажет?
Вечер прошел замечательно. Я наслаждалась вином и слушала выступление местной музыкальной группы. Живую музыку в наше время можно послушать только так. Лирические напевы красивой, яркой как птичка девушки затрагивали тайные струны души.
Хотелось плакать и смеяться.
Я оплакивала себя, в который раз с завистью наблюдая за семейными парами и ловя на себе заинтересованные взгляды редких одиноких мужчин. К такому вниманию я не привыкла, но мне было безумно приятно. Приятно ощущать себя не орудием для убийства, для истребления неугодных элементов, для усмирения бунтующих зеков. Красивой молодой женщиной.
Вино приятно ударило в голову. Перед смертью и шикануть не страшно – я заказала земных крабов.
Всегда хотелось попробовать их. По телевизору часто критиковали политиков и уличали их в злоупотреблении этими продуктами. Мне повезло – в этой гостинице часто останавливались местные знаменитости и владельцы шахт на поясе астероидов, поэтому в меню такое блюдо числилось.
Аккуратно разбирая этого морского гада, я поняла, что денег он своих определено стоил. Мясо таяло во рту, покоряя ни на что не похожим вкусом. В комнату вернулась в разгар ночи. Стянув с себя одежду, нырнула под одеяло и впервые за несколько месяцев уснула спокойно, не отвлекаясь на тяжелые мысли.
Просыпалась неохотно. И климат, и временные параметры на Ганимеде сильно отличались от привычных земных. Тяжелый перелет и, чего скрывать, излишки выпитого ночью вина сделали свое дело. Я чувствовала себя разбитой. На уме лишь одно желание – выпить чего-нибудь похолоднее. Но сама мысль, что надо встать и заказать это самое «похолоднее», вгоняла в депрессию.
Мозг оживал нехотя и настойчиво просил выходной.
Но позволить себе такой роскоши я не могла. Буквально через пару часов мне предстоит, возможно, последний полет в моей жизни, поэтому нужно приводить себя в порядок и задавать организму рабочий ритм.
Прийти в себя помог долгий контрастный душ и легкая тренировка.
Спускаясь к стоянке, на которой стояла моя взятая на прокат танкерта, я представляла собой образчик хладнокровной и собранной мигуми. Но сердце тугими узлами опоясывал страх.
