К ней подошел огромного роста мужчина — просто великан, — одетый во все черное, с тюрбаном на голове. Он преклонил перед ней колени. Мара ступила ногой на одно из них и вспрыгнула ему на плечи.
Оркестр заиграл бодрый марш, и пятно света заскользило, следуя за великаном, несшим артистку к середине арены. Здесь гигант опустил ее и помог ей снять накидку; Мара осталась в узком серебристо-белом пиджачке и короткой, плотно облегающей юбочке. Опустившись на колени, великан снял с нее туфельки. И вот она снова легко взобралась ему на плечи, поймала руками свисавший из-под купола канат…
Оркестр сменил марш на другой, и Мара начала восхождение по канату, исполняя при этом целый ряд замечательных трюков — вращалась вокруг каната, держась за него лишь одной рукой, все сильнее увеличивая амплитуду и поднимаясь при этом все выше.
Несколько раз она останавливалась и, зацепившись ногами за веревку, свешивалась вниз головой и посылала публике воздушные поцелуи.
Этот маневр был поистине мастерским: он позволял зрителям тоже поучаствовать в представлении, и это доставляло им огромную радость, они восторженно смеялись в ответ, махали руками, хлопали.
Джейм понимал, что трюки Мары не так уж сложны, как кажутся, и все же не мог не восхищаться вместе со всеми Принцессой Марой."
"Наконец она достигла колец под куполом, и вот тут Джейм увидел настоящие чудеса. Тело девушки, казалось, не имело костей — таким гибким оно было. Она вытворяла самые невероятные перевороты и прыжки, но улыбалась при этом так, словно то, что она делает, не составляет ей никакого труда…
Когда она спустилась на арену и начала раскланиваться, зал взорвался громом аплодисментов.
Ее лицо светилось таким счастьем, будто она никак не ожидала такой реакции зрителей. Затем она повернулась к шпрехшталмейстеру, показала ему два пальца на одной руке и пять на другой, подбежала к канату и через секунду снова была под куполом.
— Леди и джентльмены! — объявил шпрехшталмейстер. — Принцесса Мара до глубины души тронута вашими аплодисментами.
Обычно на утренниках она исполняет двадцать очень сложных упражнений — бланшей, но сегодня в благодарность за ваш теплый прием она постарается увеличить это число до двадцати пяти. И я с радостью вновь представляю вам Принцессу Мару!
Публика замерла, глядя на волшебницу-гимнастку. Лишь кто-то из-за кулис, следя за вращениями Мары, громко считал: «Один, два, три…» Потрясенный Сен-Клер был не в силах оторвать глаз от Принцессы.
