Я поднялась с постели, чувствуя себя значительно лучше, чем день назад. Ольга Романовна оказалась права, и мне следовало отлежаться хотя бы пару дней. Накинув халат, я вышла из комнаты и заглянула в соседнюю, в которой сейчас находились дети. Мария Гавриловна, Надя и Максим – все вместе спали на огромной кровати. Я натянула глупую и довольную улыбку на лицо, на носочках приблизилась к ним и окинула теплым взглядом представшую перед глазами картинку. Погладила детей по голове, поправила им одеяла и так же тихо покинула комнату, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Как же все-таки иной раз мало нужно для счастья. Достаточно знать, что с твоими детьми все в порядке, и им не угрожает никакая опасность. Я уже собиралась вернуться в свою комнату и попробовать снова уснуть, но заметила, что в гостиной горит свет. Тихо ступая ногами по ступеням, я спустилась вниз и увидела Глеба. Мужчина сидел на диване, а на его коленях расположился ноутбук. Он сосредоточенным взглядом смотрел в экран и какое-то время не замечал моего присутствия, пока я рассматривала его серьезное лицо, отмечая про себя, что его внешность никак не вязалась с обликом преступника.
В какой-то момент мужчина все же почувствовал мое присутствие в комнате и поднял лицо. Поймав на себе его серьезный взгляд, я подумала о том, что не стоило мне выходить из комнаты в такой поздний час и мгновенно напряглась.
– Ксения? – удивился он. – Ты почему не спишь? Что-то не так? Тебе нехорошо?
Глеб поставил ноутбук на стол возле дивана и поднялся на ноги, приближаясь ко мне.
Его четко очерченные темные брови приподнялись вверх.
Мне показалось, что в эту секунду в гостиной настежь распахнули все окна, а в комнату ворвался холодный ветер, который и вызвал эту сильную дрожь во всем теле.
– Нет… Все нормально, я хорошо себя чувствую, – ответила я, выдерживая его взгляд. – Я практически весь день отдыхала... Теперь меня мучает бессонница. Мне захотелось выпить чаю, – я придумала первое, что пришло мне на ум, обхватила себя за плечи, словно защищаясь от мужского взгляда, который, казалось, читал меня, как открытую книгу.
– Обычно всегда, когда о чем-то думаю, я пью горячий чай…
Мое участившееся сердцебиение отдавало в ушах. Наверное, я несла полную чушь, но это все выходило само собой, пока я смотрела в его лицо, словно завороженная.
– И о чем же ты думаешь в такой поздний час?
Он сощурил глаза и пристально на меня поглядел. Быстро провел кончиком пальца по моей щеке, вызывая новую волну дрожи и порцию мурашек.
