Но, нет! Я презирала таких людей, как он, и не будь у меня детей, я бы все равно села в эту треклятую машину, какую он пообещал прислать за мной, и отрезала бы ему все его причиндалы, чтобы подобные этому отморозку больше не смели размножаться. То, что для него было обычным развлечением, мне же в итоге могло стоить очень и очень дорого...
Спустя несколько минут я услышала звонок в дверь, подошла к ней и взглянула в глазок. На пороге квартиры стояла шестерка Игната. Кажется, мужчину звали Стас. Парня я видела мельком пару раз и запомнила его лицо, потому что левую его часть рассекал некрасивый шрам.
Накинув куртку, я молча открыла дверь и вышла из квартиры, закрывая ее на замок.
– Что за вид? – недовольно заметил располосованный качок. – Игнат ведь просил, чтобы ты принарядилась. Я сам лично видел, как ты можешь эффектно выглядеть. Вы тогда с подружкой в блядский клуб затесались, а ты под утро только домой вернулась.
– И так сойдет. А тебя, что же, приставили за мной следить?
– Нет, просто так совпало удачно.
Игнат ведь думал, что ты холодная и неприступная мамашка с двумя детьми, а ты, оказывается, такая же потаскуха, как и все, шастающая по закрытым вечеринкам.
Качок злорадно улыбнулся, а я решила не произносить больше ни единого звука и надеяться, что Булатов меня не обманул, и его помощь подоспеет вовремя.
Дрожа всем телом, я спустились вниз, и мы вышли на улицу. Озираясь по сторонам, я пыталась воспроизвести картину похищения детей. Неужели ни одного прохожего не смутили крики Марии Гавриловны о помощи? В который раз представив, как испугались мои дети, когда их схватили незнакомые люди в черном, я лишь тверже убедилась в том, что все делала правильно.
– Да не кипешуй ты так. Че пугливая такая? Не ты первая и не ты последняя. Садись, давай, – открыл дверь и кивнул на сиденье. – Телефон мне в руки отдала, – он протянул свою большую руку. – Ночку покувыркаешься с Игнатом и до следующей случки свободна.
От ужаса у меня засосало под ложечкой, но я призвала все свое самообладание, чтобы не показать этим тварям, как сильно боялась их на самом деле.
18. Ксения
На языке крутились острые слова, но я прикусила язык. Губы запеклись, словно я провела много дней подряд без воды. Ни в коем случае нельзя огрызаться и вступать в диалог, нельзя провоцировать, напомнила я себе. Засунула руку в карман куртки и протянула качку телефон. Он тут же засунул его в карман своей кожаной куртки и снова кивнул на заднее сиденье.
