Почему Элена не решалась сесть в самолет?
Она жалела, что не оставила Сарате наедине с Антоном в комнате для допросов. Антон бы никогда не сказал ей, где скрывается Хулио. На ферме он умел спрятаться так, что доводил всех до белого каления… Антон говорил это с гордостью, как отец, который восхищается своим строптивым сыном. Надо было разрешить Сарате избить этого негодяя, переломать ему все кости.
Она полезла в рюкзак за документами. На экране телевизора светилось время: восемнадцать двенадцать.
Она еще не взлетит, когда Хулио убьет Малютку. От нее он тоже сохранит что-то на память? Вырвет ей зубы?
Элену словно током ударило. Ей казалось, что она вот-вот вспомнит важную вещь, о которой совсем забыла.
Трофеи.
Ключи.
Хулио умел спрятаться так, что доводил всех до белого каления. В самом неожиданном месте.
Исабель смотрела, как дочь выбегает из зала ожидания. Ее это не удивило. По правде говоря, она и не рассчитывала, что Элена полетит с ней. Она пыталась привить ей вкус к хорошему вину, но Элена неисправима.
Никогда не откажется от этой своей граппы. Исабель направилась в самолет. Элене она позвонит, когда прилетит в Берлин. Она любила дочь, хоть и не любила об этом говорить.
Глава 67"
"Бельтран, конечно, позер. В деловом костюме, идеально причесанный, он похож на агента ФБР из американских фильмов. Впрочем, признавала Марьяхо, профессионал он неплохой. Может, Рентеро и правильно сделал, поручив продолжить расследование именно ему.
Сотрудники ОКА, разумеется, возмутились, но, по правде говоря, они уже были не в состоянии нормально работать. Сарате уехал поговорить с Эленой и пропал. Он хотел уговорить инспектора довести дело до конца. Ордуньо и Рейес парализованы тоской с тех пор, как Рентеро заявил, что переговоры с Хулио исключены. Буэндиа сразу постарел лет на десять. Сгорбившись над своими отчетами, он докладывал Бельтрану о самых важных находках криминалистов.
На часах уже девятнадцать тридцать, но никто не упоминал о том, что, быть может, прямо сейчас Хулио убивает Малютку.
— Зачем ему оставаться в Мадриде? Логичнее было бы вернуться туда, где он чувствует себя уверенно. В более привычную обстановку.
— Не думаю, что он вернулся в Куэнку, — уныло возразил Бельтрану Ордуньо.
— Вам известно что-то, чего мне еще не рассказали? Если так, я с удовольствием послушаю.
Марьяхо знала, что Ордуньо ему не ответит.
