Потом он полетел вместе с тобой в Карловы Вары, следил за тобой, украл конверт, но там, наверное, было не то, что ему нужно, или не все, что ему нужно, и тогда он решил, что это у тебя в квартире, залез в нее — ключи-то у него есть! — и все там разгромил!
— Он не мог ничего разгромить, потому что он был в Карловых Варах, — морщась, сказала Варвара, — он не мог перенестись оттуда сюда, а потом обратно!
— Значит, у него есть сообщник! Водитель! Он же тогда не сам за рулем был!
— А что это? — спросила Варвара. — Что это у меня в квартире?!
— Понятия не имею.
— И я не имею. Ничего этого у меня в квартире нет! И я даже приблизительно не представляю себе, о чем может идти речь!
Таня выставила перед Варварой тарелку с тремя тонкими, вкусно дымящимися сосисками и здоровенным ломтем черного хлеба. Варвара вдруг поняла, что хочет есть так сильно, что не смогла дождаться, когда подруга подаст ей вилку — схватила сосиску рукой, положила ее на хлеб и откусила большой кусок. Было очень горячо и очень вкусно.
— Хочешь горчицы?
— Угум.
Танька вытащила из холодильника коричневую банку, подумала, отрезала еще один ломоть хлеба, намазала на него горчицу и стала есть.
Дмитрий Волков из Техасского университета смотрел на них во все глаза.
— Нет, — сказала Варвара, прожевав, — давайте рассуждать логически.
— Давайте, — согласилась Таня.
— Значит, так. О Димкином приезде в Москву никто не знал, даже Лидия Владимировна с Евгением Васильевичем. Они до сих пор не знают, что он в Москве. Он приехал, не застал их дома и пришел ко мне.
Я ушла на работу, а он лег спать, и на него кто-то напал. Верно?
— Верно, — подтвердил Димка.
Таня дожевала свой хлеб с горчицей, понюхала чай в заварочном чайнике, посмотрела на свет и стала заваривать свежий.
— О том, что Димка в моей квартире, знали только мы трое. Я никому не говорила. Димка спал. Тань, ты кому-нибудь…
— Больная, у вас бред, — сказала Таня, — конечно, никому! Да мне и говорить-то некому! Я целый день на работе провела!
— Ну вот.
Значит, дело не в Димке. Он просто попался под горячую руку.
— Это есть очевидный факт, — подал голос Димка, — без всяких логических рассуждений.
— Это не есть очевидный факт, — отрезала Варвара, — нужен был не он, а моя квартира. Дим, в какое время… ну, все случилось, ты не помнишь?
Димка отрицательно покачал головой. После многочасовых перелетов он всегда плохо соображал, и в момент нападения тоже соображал неважно, и, конечно, на часы не смотрел.
