Эта, — кивок в сторону Иларии, — вполне справится. Девушка, вы свободны! Коля, проводи и проследи, чтобы нам не мешали.
Он хамил виртуозно и очень обидно, гораздо более обидно, чем всегда хамил Варварин шеф, которому не хватало выучки и мозгов для такого изощренного хамства.
Варвара поежилась.
Доберман у входа прикрыл дверь, в кабинете стало глухо и страшно, и Варвара опять вспомнила про штормовое предупреждение.
— Садись, садись, Альберт Анатолич.
— Иван откинулся на спинку дивана, потянув за собой Варвару, которую он ни на минуту не выпускал, и огляделся. Шеф проследил за его взглядом и совсем поник.
Молчание, густое и душное, как вата, забило все щели богатого кабинета. Иван держал паузу, все смотрел вокруг.
— Устала? — вдруг спросил он у Варвары. — Ничего, сейчас поедем домой.
Шеф покачнулся на золоченом стуле.
Приоткрылась дверь, и в образовавшуюся щель протиснулась Илария с подносом в руках.
Поднос ходил ходуном.
— Извините, — пробормотала она.
— Вы тоже садитесь, девушка, — распорядился Иван.
— Спасибо, но я…
Илария явно не собиралась никуда садиться и выручать любовника, попавшего в такую беду, тоже не собиралась. Она была умнее всех и точно знала, когда нужно уносить ноги, и по лицу ее было видно, что она судорожно придумывает, как бы унести их половчее.
Дверь распахнулась, доберман оглянулся, и на пороге показался взъерошенный мужик с телефоном в руке.
— Здравствуй, Иван Александрович.
— Здравствуй, Виталий Николаевич. Мы… поговорить пришли. Варвара, это Виталий Аксюта.
— Здравствуйте, — пробормотала Варвара.
— Это Варвара Лаптева."
"— Я вас, по-моему, знаю, — сказал Аксюта, пожимая потную Варварину руку, и настороженно улыбнулся.
— Я здесь работаю, — ответила Варвара, — то есть работала.
Шеф опять покачнулся, как будто его толкнули.
— Я хотел сказать, что произошло какое-то недоразумение, — начал он, — и, конечно же, мы исправим это недоразумение, как только…
— Значит, так, — перебил Иван, — несколько дней назад в этом кабинете умер человек. Он умер при очень странных обстоятельствах, и после его смерти пропали полмиллиона франков со счета клипмейкера Павла Белого.
