Высокий уровень стресса стимулирует и обостряет способность к концентрации, низкий уровень ведет к апатии и инертности. А вот стресс чрезмерный изматывает и дезорганизует.
Приоткрыв окно, он закурил уже третью сигарету, и в этот момент услышал на шоссе звук мотора.
Ворота открылись, и серо-металлический «БМВ» медленно въехал в замковый парк, притормозив перед самой решеткой. Подняв телефон, Мартен увеличил изображение и сфотографировал номерной знак автомобиля. Потом связался по своему телефону NEO с системой регистрации транспортных средств и позвонил Венсану, который в это время должен был присутствовать при вскрытии тела Кевина Дебрандта.
– Какие новости? – спросил он.
– Только что начали, прямо в эту секунду.
– Очень хорошо. Когда закончишь, пробей одно имя: Лионель Мезлиф. Надо выяснить, не из наших ли он… Хочешь, я позвоню Самире?
– Нет, все в порядке. Пусть передохнет. Ты где?
– Перед замком.
Венсан помолчал.
– Господи, Мартен, зачем ты туда поехал один?
– Не волнуйся. Я просто наблюдаю.
– Ага… Ну, тогда удачного воскресенья.
* * *Через пять минут после «БМВ» на шоссе показалась вторая машина: синяя «Тойота Приус». Сервас проделал ту же операцию. Затем появился паркетник, а еще немного погодя два внедорожника. «Совещание на высшем уровне», – подумал он. Судя по их вчерашней реакции, о которой по телефону сообщила Самира, они доведены до белого каления. Кто-то из них провел всю ночь под окнами ее дома.
Они оказались в отчаянном положении…
* * *– Лионель Мезлиф действительно из наших, – сообщил по телефону Эсперандье.
– Он капитан антикриминальной бригады Тулузы. Точно так же, как и Фабиан Стор, майор тридцать первого подразделения войск поддержания безопасности. Паскаль Шампетье – заместитель прокурора в прокуратуре Тулузы. Двое других – военные: офицер восьмого парашютного полка в Кастре и младший офицер тринадцатой бригады Иностранного легиона в Ля Кавалери.
На этот раз обнаружилась хотя бы часть группы, и его худшие опасения оправдались. Полицейские, высокие чины, военные.
Эти будут заинтересованы твердо держать свои позиции, когда их выдадут властям, что наверняка вызовет волнения везде, вплоть до самой верхушки.
Он прекрасно знал, что сейчас не момент, что у них нет ничего конкретного, одни косвенные улики: телефонные звонки, ресторан, фургон Лемаршана на камерах слежения банка, солома на ботинках Кевина Дебрандта и «человек с синими глазами», о котором говорила девушка с тяжелой психической травмой.
