Но она снова проделывает тот же трюк – втягивает и закусывает губы. С непонятным мне выражением лица качает головой.
Жарко... Жарко в этом аду, а меня знобит.
Я должен… Должен это сделать.
Иначе так и не отпущу эти мысли. Иначе не переработаю свои переживания. Иначе так и не смогу спать. Иначе реально сдохну.
– Прости… – стремительно перемещаясь, сжимаю подбородок Богдановой пальцами. Стискиваю и тяну вниз, пока ее рот не распахивается. Одновременно с ним дико расширяются ее глаза. – Прости… – хриплю повторно, зацикливаясь на бездонных глубинах ее зрачков.
– Я должен это сделать… Должен.
Зажмуриваюсь, словно перед прыжком в эту самую бездну. Отпускаю все тросы и решительно подаюсь вперед. Сопротивляясь двусторонним токовым разрядам, запечатываю Сонин приоткрытый рот своим и со старта погружаю внутрь нее язык.
Сердце перебивает затяжной остановкой.
Я ощущаю ее тепло, влагу, вкус… И в ту же секунду меня, мать вашу, непоколебимого циника, кружит любовь.
[1] «Снег», Ф. Киркоров.
[2] ABS – электронная система, предотвращая блокировку колес и потерю управляемости транспортным средством при торможении.
20
Битва за мечты проиграна.
© Соня Богданова
Дурманящий и порабощающий напор. Уверенный и будоражащий толчок. Горячее и влажное знакомство. Именно так это воспринимается. Ведь проникнув в меня, Саша тут же замедляется. Вращает кончиком языка ровно настолько, чтобы исследовать мой рот и испробовать мой вкус.
Боже… Боже… Боже…
Вот он… Мой первый настоящий поцелуй.
Наш первый. Наш."
"Я боялась, что все будет не так, как в книгах. Это действительно иначе. Лучше. С первых секунд лучше. Намного лучше.
Саша… Мой Сашка. Мой принц. Мой герой. Мой любимый.
Он меня целует. Целует, потому что сам этого желает. Потому что не может иначе.
Под прессом его потрясающего крепкого тела, упиваясь новыми для себя сексуальными ощущениями, я еще как-то держалась. Но под давлением рта вместе с резкой и головокружительной потерей реальности какой-либо контроль утрачиваю.
Сливаюсь с Георгиевым. Вместе мы будто какую-то химическую лабораторию образуем. В ней творится полтергейст – все элементы одновременно выплескиваются из емкостей и вступают в исключительно аномальные реакции, формируя в нас и над нами грандиозные фейерверки.
Чтобы пережить этот чувственный шок, я инстинктивно цепенею.
Секунда… Две… Три…
«Это он... Это он… Это он…» – бьется в моем сознании.
Стучит в моем сердце. Горит в моей душе.
