Еще не осознавая до конца всей сути, лишь заметно вздрагиваю. – В общем, не знаю, что ты в самом деле планируешь. Мне ведь правду не скажешь. Себе не скажешь! Но если ты ему дашь, – делая паузу, бросает на Георгиева мрачный взгляд. – Блядь, да у него верняк кукуха улетит.
– Не собираюсь я с ним спать, – быстро отбиваю я. – Ничего не собираюсь!
– Ничего?
– Ничего!
Сама себе не верю. И Даня не верит.
– Ладно, – сжимая ладонями мои бедра, заставляет мое тело как-то неожиданно эротично двигаться. – Давай тогда оторвемся, секси Соня.
Я же обещал, что будет весело.
Хочу заметить, что весело мне уже не будет. Не в присутствии Георгиева. Но не успеваю этого сделать, как меня закручивает в головокружительном водовороте какой-то уникальной по своему составу энергии Шатохина. Не то чтобы я забываю о Саше. Конечно, нет. Ведь чувствую его внимание неотрывно, и именно оно вновь поджигает внутри меня петарду. Новый взрыв неотвратим. Я, игнорируя прямой зрительный контакт с Георгиевым, могу его лишь отстрочить.
Даня же влияет на меня, будто волшебный эликсир. Лучше любого алкоголя.
Мне легко и хорошо. Мне действительно весело. Мне кайфово.
Я никогда не танцевала с парнем. Но с Шатохиным не нужно владеть какими-то навыками. Он все делает сам. Он потрясающий! Я просто растворяюсь в музыке и поддаюсь его движениям.
Меня кружит на таких волнах, что каждая клетка отзывается восторгом. Мир набирает красок. Я на своей орбите, но при желании способна коснуться сбежавшего из нашего города солнца.
Долго танцуем.
Пока у Шатохина ближе к двум часам ночи не оживает вибрацией телефон.
– Блядь… – выдыхает он, прочитав сообщение.
Но расстроенным не выглядит. Совсем наоборот… Вижу, как в его глазах вспыхивает какая-то особенная радость. В эти секунды он выглядит совершенно другим. Обычным, что ли… Пацаном. Черт, да даже мальчишкой.
Тянет меня из комнаты в коридор, подальше от динамиков.
– Слушай, Соня-лав, мне срочняк ехать надо. Кое-кому нянька нужна. Докинуть тебя домой? Или остаешься с Прокурором?
– Нянька? Ты работаешь? – искренне удивляюсь я.
Даня над моей наивностью смеется.
– Почти. Это безвозмездное вложение. На карму. Ребенку семнадцать лет. И она пиздец какая трудная. Святого доведет. Так что мне на три жизни вперед отработки хватит.
– Мм-м… Понятно.
Хотя ничего мне, конечно, непонятно.
– Так ты как? Едешь со мной?
– Я бы хотела еще остаться, – принимаю странное решение.
Для себя. Даня не удивляется. Только усмехается.
– Окей.
