– Она ночами над проектом работает… – продолжаю говорить только для того, чтобы как-то сбавить неумолимо растущее напряжение.
Но, едва я отнимаю руку от Сашиного лица, он ловит ее и снова прижимает к себе. Перетряхивает нас одномоментно. Так же резко и слаженно идет на подъем сердцебиение – мы так близко, что это невозможно не почувствовать. Дыхание следом срывается. Стремительно доходит до густого и надсадного хрипа.
– Как в твоих мечтах выглядят настоящие отношения?
Сказать, что я шокирована этим свирепым вопросом – это ничего не сказать.
Хоть и звучит он крайне странно. Будто и не вопрос вовсе. С какими-то ультимативными нотками. А ощущается, как сдача в сражении, которое мы неосознанно месяц вели.
«Завтра ведь конец договора…» – напоминаю себе, чтобы придушить на корню все свои глупые надежды.
Но, несмотря на это, теряюсь.
Не знаю, что говорить. Вот просто не знаю! Застал врасплох. Нужно время, чтобы что-то придумать.
– Подожди меня внизу, Саш, – тихо прошу, чтобы иметь возможность перевести дыхание и возобновить работу мозга.
– Я возьму сумку, чтобы потом не возвращаться. И… Поговорим по дороге в клуб, хорошо? Подвезешь меня?
Хвала Богу, он соглашается. Мой план удается. Забегая в спальню, не только клатч хватаю, но и браслет, который даже из футляра достать не решилась. Как бы не прошел разговор, настолько дорогой подарок я принять не могу. Поблагодарю и верну.
Вот только дальше, когда я сажусь к Георгиеву в машину, ситуация вновь ускользает из-под моего контроля.
"
"Во-первых: на фоне смущения я сталкиваюсь с каким-то внутренним бессилием и не могу из себя ни слова вымолвить. А во-вторых: Саша едет в противоположную от клуба сторону.
Не знаю, почему продолжаю молчать. Не знаю… Из меня будто стержень вырвали, оставив одни лишь эмоции, которые в столь важный момент не могут служить ни мотивацией, ни даже группой поддержки.
Я чувствую, что способна натворить глупостей. И до ужаса этого боюсь.
Молчу, даже когда приезжаем на пляж.
– Давай, рассказывай четко по пунктам, что ждешь от меня, – требует Георгиев, едва стихает мотор и в салоне устанавливается полная тишина.
Этим пугает меня еще сильнее.
Вывернуть перед ним душу, чтобы он послушал и снова куда-то исчез? Ну, уж нет!
– Ничего не жду, – шепчу, глядя строго вниз на свои дрожащие руки.
– Ничего? – не скрывает удивления.
– Ничего!
Подтверждаю не то чтобы увереннее… Напротив, звучу в этот момент почти истерично.
