— Разочарована? — Мое подначивание только заставило ее покраснеть еще больше. Я чертовски любил ее кожу. Подобно кольцу настроения, она раскрывала мне все мысли Лили, даже когда та смотрела на меня с совершенно ангельским лицом и лгала, как чертенок.
— Все, что поможет тебе чувствовать себя лучше после погони за девушкой по улицам, пока она буквально не нарвется на неприятности.
— А ты, значит, не хочешь никаких неприятностей, Лиллиан Уильямс?
Я поднял руку и положил ей на пульс. Она сглотнула, ее тонкое горло дрогнуло в такт движению.
Бледный, покрытый веснушками столбик идеально лег между моим большим и указательным пальцами, как будто был создан специально для этого. Лили покачала головой, не сводя с меня глаз. Она выглядела неуверенной. Добро пожаловать в гребаный клуб.
— Но разве ты не слышала? Иногда неприятности находят тебя, и ты ничего не можешь с этим поделать.
Я наклонился, касаясь своими губами ее губ. Она дрожала. Ее дыхание опалило мой рот, дразня, искушая меня.
— Ну, тогда поцелуй меня и покончим с этим, — выпалила Лили после пары секунд такой напряженной близости.
Я хмыкнул.
— Я хочу поцеловать не твой рот.
Она тяжело сглотнула, а мне стало интересно, куда подевалось ее грязное воображение.
— Не рот? — Ее голос был почти шепотом.
Я спустил рукав ее слишком большой футболки с плеча. Девушке нужна была какая-нибудь подходящая одежда, серьезно. У меня уже появился фетиш на плечи, и все из-за нее. Она всегда была так закрыта, закутана в одежду, которая была на три размера больше.
Я понятия не имел, как выглядит ее декольте, но был близко знаком с ее плечом."
"Она проследила за тем, как я переместил руку на другое плечо и стянул горловину ее футболки. Ткань струилась по ее телу, словно дорогой атлас, а не поношенный хлопок. В этом заключалась сила такой девушки, как Лили. Она была первоклассной. Не из моей лиги, на много миль выше и лучше меня.
Но это ее не спасет.
Футболка сползла на талию, и я впервые увидел ее грудь.
На ней был один из тех маленьких кружевных бюстгальтеров, темно-красный, как вино. Я был прав насчет веснушек: они были рассыпаны по всему телу, как маленькие созвездия. Я хотел нанести на карту их очертания и проследить за каждой из них — по впадинке между ее маленькой грудью и вдоль ребер. Я просунул палец под одну из бретелек бюстгальтера и перевел взгляд на нее, ожидая реакции. Отказа. Разрешения. Чего-нибудь.
Ее молчание дало мне то, в чем я нуждался.
