Единственная минута моего искреннего сочувствия пришлась на момент, когда Олег сказал, что его мама умерла. А дальше был шок-контент: Алан не совсем русский, что совсем не вяжется с его внешностью. Дело даже не в татуировках, а в его голубых, пронзительных глазах и светлых волосах. Но это дело десятое, а вот что действительно интересно (и как-то оскорбительно, если честно) — по их законам можно иметь несколько жен. У его отца их четыре. Когда-то его мать была второй, и у Алана есть родная сестра.
Остальное бесчисленное количество братьев и сестер — единокровные. Только официально фамилию «Берсанов» носят двенадцать детей, сколько их там еще? Умалчивает история, но этот Илья и Егор, к которым он поехал, как бы «бастарды». Короче, черт ногу сломит, но ядовито про себя я все же подумала: понятно, что тогда вас так свело. Спорю на что угодно, Берсанов не знает, что такое верность, как и Олег с этим понятием незнаком.
Любовница у него есть. Пф! Нет, ну вы слышали вообще?! То есть там в Москве его ждет еще одна женщина, как я когда-то ждала.
И где он изменился?! Что он там собирается мне доказывать?!
- Алиса? - Олег аккуратно теребит меня за руку, вырывая из беспокойного потока сознания.
Я пару раз моргаю и смотрю на него. Давид уже во всю обхаживает этого сомнительного Алана. Ну как? Он с рук моих слез и пошел ковырять куст смородины, а сам на него смотрит и спрашивает так аккуратно:
- Много у тебя картинок.
- Это татуировки.
Алан холоден, как лед, хотя…Нет, я лукавлю. Просто на нервах, злюсь и вообще…Но вижу, как этот странный мужчина просто напросто растерян. Он примеряет маску отстранённости, а сам тупо не знает, как общаться с детьми. Еще бы. Спорю на что угодно — он их только на рекламных плакатах видел.
- Алис, ты меня слышишь?
- Нет, я отвлеклась, прости.
- Ничего.
Олег мягко улыбается, а бесит меня только больше. Вид его сытый выводит из себя! И уверенность… Да, больше всего меня раздражает его уверенность.
Конечно! Он все еще видит во мне ту глупую девчонку, какой я была. Но это не так. Спустя шесть лет, всем нам так или иначе грозят изменения — я не исключение.
Потому что я не верю ни одному его слову.
- Давай еще раз объясню? - предлагает, я киваю. - Смотри, это документ на продажу твоей части бизнеса.
- Она не моя.
- Алис, - мотает головой, - Не усложняй. Ты поняла, что я имею ввиду.
Да. Поняла.