Влад прекрасно знает, за какие болевые точки задеть меня, чтобы окончательно вывести из себя.
- Я тоже так думал, и что я вижу в итоге? Девчонка так и осталась здесь. Почему, Дим? Неужели у тебя ничего совсем не ёкнуло? Ты же понимаешь, что…
- Не начинай, ладно? У меня и без того голова раскалывается.
С губ срывается жалобный стон. Выпить минералочки холодной, что ли? Состояние, будто я беспробудно пил несколько дней, хотя я ничего крепче кофе не употреблял уже давненько."
"- Эмма сама осталась в моём доме. Хочешь спросить у неё, почему сделала это? Или всё-таки не будем мучить её расспросами? Может, ей понравилось здесь? Или успела подружиться с Алисой? Моя дочь не такой монстр, как ты думаешь о ней.
Она прекрасный ребёнок и…
- Конечно!.. Пока ещё не совсем монстр, но пройдёт немного времени, и она станет хуже неё, хуже своей матери. И ты прекрасно знаешь это.
- Ты опять пришёл лечить меня? Или поговорить хотел? На работу выйти пока не планируешь?
- Выйду. И буду лечить тебя на работе и дома. Почему бы и нет? Если честно, то я приехал сюда, чтобы занять свою комнату.
Надоело уже скитаться по гостиницам, когда у брата такой простор.
Я давно говорил Владу, чтобы возвращался домой, ведь он мой точно так же, как и его. Мы получили этот дом в наследство от дедушки, который и вырастил нас обоих после скоропостижной кончины родителей в автомобильной аварии. Влад съехал сразу же, как в доме поселилась Ева. Он никак не мог поладить с моей невестой, говорил мне, что я сделал неправильный выбор. На эту тему мы часто ссорились, и я просил, чтобы брат не учил меня, как жить правильно, а он всё равно старался задеть за живое, каждый раз давил на больные мозоли.
- В общем, сумку я закинул уже в свою спальню. Сегодня на работу точно не поеду, потому что я устал. Как только вернёшься, мы с тобой ещё раз обстоятельно поговорим.
Я настороженно смотрю на Влада. Брат полагал, что я прислушаюсь к его словам и отпущу Эмму. И всё-таки покоя не даёт мысль, что он перебрался в дом именно из-за неё.
- Влад, она ещё молодая девчонка, ей двадцать два года только.
Не следует ломать её. Ладно?
- А я старик, да? Мне двадцать пять, вообще-то, если ты не помнишь, так что я вполне себе подхожу твоей «маме», - брат рисует завуалированные кавычки в воздухе и подмигивает мне.
- Не вздумай, Влад…
- А чего ты так обеспокоился? Только не говори, что сам на неё глаз положил, потому и откликнулся на просьбу дочери купить ей мамочку. Знаешь, я ведь даже такими темпами расчувствуюсь.
