Ехать пришлось, сидя на коробках, ребята и вправду упихали товаров до предела грузоподъемности. Зато в метро встречали, как героя. Люди поднимались навстречу, многие пытались пожать руку. Похоже, они изрядно подчистили поверхность на относительно безопасном берегу и испытывали нехватку продовольствия. Теперь будет полегче.
При первой возможности я сбежал в стоящий на станции поезд, прошел по узкому проходу и постучал в знакомую фанерную дверь. Ответа не последовало. Постучался снова и прислушался. В каморке у орка полная тишина.
Свалил куда-то?… когда потянулся кулаком к двери, чтобы постучать еще раз, из соседнего «купе» выглянула женщина с младенчиком на руках.
— Там звонок у него, — подсказала женщина.
— Действительно звонок. А что, без звонка он не слышит?
Женщина пожала плечами и скрылась в своем купе. Ладно… звонок, так звонок. Втапливаю пальцем маленькую кнопочку, внутреннее приготовившись к громкому звуку, но звука нет… не то что громкого, вообще никакого… наверно, не сработало… нажимаю на звонок еще раз и долго не отпускаю палец… толку ноль…
— Хватит трезвонить, — вдруг слышу за фанерной дверью недовольный орочий бас, — Я не глухой… да входи уже…
Отворяю хлипкую дверь и зашагиваю.
У орка такой озабоченный вид, будто я оторвал его от дела.
— Спал, что ли?
— Да с чего бы, — пробурчал он, — Общался с клиентом.
— Значит, я не ошибся. У тебя здесь филиал.
— Не совсем. Моя лавки имеет выход в этот мир.
— Ну да, — припоминаю, что у Гоблина тоже был прилавок на семигорском рынке, через который он и провел меня когда-то впервые на Великий базар.
И понимаю, почему сам я не слышал звонка. Он звонил в другом мире.
— Кротовский, ну хватит медитировать… время деньги, — орк многозначительно потер пальцами.
Ишь ты. Вот вроде раса совсем другая, а торгашеская натура точно такая же. Усмехаюсь и вываливаю на прилавок добытые черные макры. Орк вскидывает брови удивленно и надевает массивные очки, в которых становится похож на профессора… на клыкастого профессора.
— Ну как?
— Очень… очень неплохо… не соврали, значит…
— Это ты о чем?
— О том, что ты прорвался к храму. Я не поверил поначалу, — орчище оторвал взгляд от макров и перевел на меня, — Людям, знаешь ли, свойственно ошибаться.
— На этот раз люди не ошиблись. Я перебил весь рой возле храма.
— Надеюсь, в храме ты ничего не трогал?
— Только убрал статую Горыныча с алтаря.
— Рисковый ты парень, Кротовский…
— Уж какой есть.
