Храм уже показался в поле видимости. Сближаюсь на сотню шагов и чувствую неприятные мурашки, будто кто-то меня взглядом ощупывает. Останавливаться нельзя, это покажется подозрительным.
Слегка меняю направление, иду вдоль дома, чтоб создать впечатление, что иду не в сам храм, а просто шляюсь тут без особой цели. Через несколько секунд неприятное ощущение пропадает. Неужели пронесло? Возвращаю прежний курс на храм. Осталось девяносто шагов… восемьдесят… семьдесят…
И тут вдруг опять возвращается это неприятное давящее чувство чужого неприязненного внимания, и в голове колоколом прогудел вопрос: «а ты кто такой?» — все, спалили…
Из-за угла ближайшего дома вываливается рой сильных раптов и устремляется на меня.
Бежать обратно к канализации бессмысленно, я знаю, как они быстры. Остается один вариант: ускоряюсь и чешу к самому храму. Кто-то пытается давить на мозги, внушая мысль, что как раз к храму бежать ни в коем случае нельзя. Но я уже знаком с ментальным давлением, понимаю, что мысль эта чужая и внушенная.
Собащеры бросаются наперерез, пытаясь отсечь мне путь к храмовой двери. Три очень крупных курозавра заслоняют луну огромными силуэтами, готовясь спикировать вниз. Понимаю, что не успеваю, что меня перехватят у самого входа, но продолжаю бежать… и когда до храма остается десяток шагов, погоня вдруг резко оттормаживается. Будто рапты не могут переступать за невидимую черту."
"— А-а, нечисть… — останавливаюсь возле двери и оборачиваюсь, —…а к храму-то вам нельзя близко подходить… тут другое излучение… тут вы дохнуть будете… вот и стойте там… а лучше валите подальше, пока я занятой… пока ружье не достал… не хотите? Вам же хуже.
Я скоро, заждаться не успеете…
Решительно берусь за ручку, открываю дверь и вхожу внутрь.
Глава 14
Этот храм создан по тому же лекалу, что и десяток других храмов тысячи богов, в которых я побывал. В основании круг. В нишах вдоль стены статуи. В центре главный алтарь. Одна только разница: в этом храме центральный алтарь не пустует. На нем водружена каменная статуя с тремя головами.
Так вот ты какой бог Ящ… он же Ащей… он же Горыныч…
Подхожу к статуе поближе, чтобы рассмотреть получше, и сразу чувствую исходящую от нее неприязнь и отвращение: «не вздумай трогать статую, жалкий человечишка».
«А не то что?» — задаю мысленный вопрос.
«А не то познаешь гнев бога Яща» — стращает меня невидимый собеседник.
«Да ладно…»
Делаю на всякий случай пару шагов назад, гневить бога, прямо скажем, как-то сцыкотно.
