Теперь и я тоже вижу затоку. Поворачиваю лодку. Раздвигая носом камыши, моторка устремляется по новому курсу. Отчаянно лавирую рулем. Затока узкая, извилистая и заросшая. Без точной карты врезались бы в берег. Но у меня есть точная карта и черный лоцман. Он летит чуть впереди, показывая направление.
— Кажется, оторвались, — сообщаю своим, когда лодка вышла на открытую воду.
'Если ты вышел на открытую, воду, то молодец, оторвался, — сообщение опять опаздывает с подсказкой, — это рыбацкий пруд.
Здесь можно затеряться среди других рыбаков. Продолжай плыть на северо-запад. На берег сойдешь у пристани.
Раз можно затеряться, грех не воспользоваться возможностью. Ныр и Гамлет отправляются в инвентарь, а я придаю доспеху вид рыбацкой одежды: высокие сапоги, непромокаемая накидка с капюшоном, старая мятая длиннополая шляпа. Подруливаю к пристани и осматриваюсь.
Здесь немало рыбаков, возвращающихся с рыбалки. Подправляю вид доспеха под местную моду, чтобы походить на них еще больше.
Выбираюсь на берег и пристраиваюсь к какой-то группе.
«Сейчас автобус подойдет к остановке. Садись в него» — выдает бегущая строка.
И как я это сделаю? У меня нет местных денег. Или кворками можно рассчитаться?… пояснений нет…
— Чего задумался? — кто-то хлопает меня по плечу.
Оборачиваюсь. Передо мной стоит один из рыбаков. В садке у него трепыхается рыба.
— Да так… — пожимаю плечами и замолкаю.
— Что, совсем ничего не поймал? — не отстает рыбак, — Где ловил хоть?
— В затоке, — называю единственное известное мне место.
— Э-э… да-а, — тянет рыбак, — Теперь понятно… а я в затоке ловить зарекся… иногда неплохой лов, а иногда… ну ничего, бывает… пошли, автобус подъехал.
— Да, пошли, — киваю согласно, — Только…
— Что, денег нет? — догадывается рыбак, — Чего там. На билет тебе подкинем.
— Скинемся на билет, — поддерживает другой рыбак, — Со всеми бывает.
Добрейшие Зурабдийские рыбаки скинулись мне на билет и даже пытались поделиться со мной рыбой.
Отказался, сославшись на личную суеверность, мол тогда вообще больше лова не будет. Чтобы от меня отстали, отвернулся к окошку, сдвинул шляпу на лоб и прикинулся спящим… в теплом душном автобусе меня разморило и, не заметил, как на самом деле уснул.
«Кротовский, Кротовский… — не знаю, сколько времени серый с черным пробивались в мой сон, —…просыпайся. Пора выходить»
Разлепляю глаза. За окном автобуса уже темень.
