Собирался просто успокоить, но когда она уткнулась в мою грудь, в легких внезапно закончился кислород.
Так и стою, не размыкая рук. Длинные ресницы щекочут грудь, нежное дыхание обдает кожу, и член снова каменеет, упираясь девчонке в живот.
Лиза испуганно вскидывается, упирается ладошками в мой торс и отскакивает в сторону.
— Марат, я не хотела, простите...
И у меня сбивается дыхание.
Она считает себя виноватой. У меня сука стоит, а эта девочка считает себя виноватой! Порочной. Не меня, блядь. Себя.
Перехватываю за запястья, останавливаю.
Хочу притянуть к себе, успокоить.
Да нет же, блядь, просто хочу. Так что в яйцах звенит. Но я не имею права ее трогать. В конце концов, девчонка пришла поесть, а не зажиматься со взрослым мужиком.
— Нет, Лиза, ты ни в чем не виновата. Я просто так на тебя реагирую. И разве это для тебя новость?
В ночной тишине ее голос звучит еле слышно.
— Но мы же оба знаем, что так нельзя.
— Конечно нельзя, Стебелек, — держу ее на расстоянии, а сам носом тяну, как псина. — Мы не делаем ничего плохого, клянусь.
Поверь мне. Я просто хочу, чтобы ты меня не боялась.
Она медленно поворачивает головой из стороны в сторону.
— Я не боюсь. Я вас совсем не боюсь, Марат.
— Тебя, — поправляю, — когда мы вдвоем, ты можешь говорить мне «ты».
— Нет, не надо, — она снова мотает головой, — я так привыкну.
Мне надо отвлечься, переключиться. Отпускаю руку девчонки и касаюсь сенсоров на стене. Кухню заливает приглушенный мягкий свет.
— Тебе нужно поесть. Ты почему не ужинала? Так нельзя Лиза, твой организм растет.
Что ты будешь? — открываю холодильник, подталкиваю ее ближе.
— Я бы съела бутерброд. И чай... — Лиза оборачивается, будто просит разрешения.
Молча достаю хлеб, масло и сыр с ветчиной. Ставлю перед ней на стол.
— А вы будете?"
"— Если сделаешь и мне бутер, скажу спасибо, — отворачиваюсь, чтобы ее не смущать, и включаю чайник. — Тебе какой чай, черный или зеленый?
— Черный. С лимоном. Как вы все время делаете. Очень вкусно.
И вроде ничего такого не говорит, а меня сука опять поджимает.
Спасает то, что Лиза увлеченно нарезает сыр и на меня не смотрит.
Завариваю чай, режу лимон, и когда возвращаюсь к столу с чашками, там уже ждут аккуратные бутерброды, красиво выложенные на тарелке.
Я ужин не пропускал, но на еду набрасываюсь с удовольствием.
— Очень вкусно, — хвалю абсолютно искренне. Лиза благодарно улыбается, и я ловлю себя на том, что мне в кайф так с ней сидеть. И я ни разу не вспомнил, что она подруга дочки...
