Эх… отдаю тебя в лапы таким…
— Ка-атя!
— Ладно, ладно! Хорошие они! Это я сразу поняла.
— Да? Интересно, — хмыкаю, вспоминая первую встречу. — когда с ружьём к ним вышла?
— Именно! — Катя улыбается, — потому что они не сбежали, не спасовали! Как мужчины себя повели. Хоть и наглые. Но, знаешь, лучше всю жизнь прожить с наглым мужиком, чем с интеллигентной бабой!
Да уж, моя Катерина просто кладезь мудрых мыслей! И что бы было со мной, если не она?
— Так, Лика! Опоздаем! А что голубое?
Приподнимаю подол атласной легкой юбки, обнажая ногу в подвязке.
Она голубая, подвязочка из тонкого кружева с аккуратным бантиком.
— Класс, — причмокивает губами моя бабушка.
Подвязка с чулком реально смотрится красиво.
Но Кате не обязательно знать, что это единственный предмет белья, который на мне. если подвязку можно считать бельем.
Нет, разумеется я купила шикарный комплект, новая коллекция изысканного белья от “Агент Провокатор”. Купила, примерила, посмотрела и…
И решила, что без трусиков и бюстика мне будет комфортнее.
А вот моим Волковым, возможно и нет. Главное, чтобы они узнали об этом до церемонии. Тут уж я постараюсь.
— Значит всё по правилам невест?
— Да, бабуль, что-то старое, что-то новое, что-то чужое, что-то голубое!
— На счастье. Я не сомневаюсь, родная, ты будешь очень, очень счастливой, — Катя смахивает набежавшую слезу, а потом тихонько смеется, — в двойном размере!
Сегодня я стану женой Влада. Мы решили, что так будет лучше. Он всё-таки старший брат.
А потом, на церемонии на Сицилии мы сыграем свадьбу с Романом.
Пусть неофициально, но я стану и его женой тоже.
Я знаю, мы решили, что сделаем так. Две свадьбы. Два мужа. Я понимаю, как это важно для Ромы. Тоже пройти эту церемонию со мной.
И мне тоже важно.
Я хочу принадлежать им двоим во всех смыслах.
Сначала мне было немного неловко говорить об этом бабушке, но оказалось, что она, конечно давно всё поняла и не видела в этом ничего сверхъестественного.
— Почему нет, малышка? Я же вижу, как оба этих бугая тебя любят! Съесть готовы, хищники.
И будут за тебя всегда бороться, и любого порвут.
К счастью, рвать уже некого. Хрюнина посадили. Отчим уехал, живёт спокойно, не мешает мне. Даже перевел на моё имя то, что, оказывается, оставила мне моя мамочка.
Сегодня мой самый важный день и я не хочу вспоминать о дурном. С мамой я мысленно поговорила, объяснила все, надеюсь, она бы меня благословила.
В ЗАГСе оказывается довольно много народу.
