До свадьбы он теперь её не тронет точно. У него таблетки кончились, а без них он… Но девчонку отсюда вытаскивать надо. Я помочь готова.
Казимир голос подаёт.
— Нам бы понять, что за охрана у него, и где. Говорят поместье его как крепость неприступная.
— Говорят, да. Охраны достаточно, пушки у всех, но не все боевые, просто травматы. Хрюнин экономит. Охранники тоже к свадьбе готовятся. Завтра с утра с удовольствием накатят, если я им подам. А я уж найду что подать. Так что…
Дальше женщина, которую Катя назвала Галиной, рассказывает, что охраняют в основном главный вход.
За хозяйственными постройками и периметром следят хреново. Собак она закроет в вольере и тоже накормит, когда сытые они бесполезные.
Оружие по возможности постарается разрядить. В общем, чем сможет, поможет.
После разговора с ней все успокаиваются. Катя стелит нам в гостиной, сама уходит наверх с Казимиром.
Лежу на узком диванчике, смотрю в потолок.
Лика цела, и это главное. Завтра мы её оттуда вытащим. А потом…
Потом я сам так её по заднице отшлепаю, что надолго запомнит!
А потом излюблю до потери пульса, имя свое, маленькая не вспомнит.
Хочу её так, что скулы сводит когда думаю, рядом хрустит суставами брат — нервничает.
— Слышь, Влад, я подумал… Я её не отпущу. Если ты не хочешь — себе заберу. Моя будет. Совсем моя, понимаешь?
— Жениться, что ли, надумал?
— А если да? — Рома смотрит с вызовом.
— Вообще-то старший брат первый женится.
— Думаешь, я буду тебя ждать?"
"— Не знаю.
Посмотрим еще, кого наша Красная шапочка выберет. Может вообще нам обоим скажет — плывите-ка вы, морячки, на Мадагаскар, или за Гибралтар…
— Пусть попробует сказать. Я её так…
— Спокойно. Наказывать её будем вместе. И трахать, по ходу, тоже…
— Не трахать, брат. Любить. Это другое.
— Ну, пусть будет по-твоему.
Глава 57
Лика
— Просыпайся, солнышко, — меня будят ласковые прикосновения, и в первые секунды после пробуждения мне кажется, что это Катерина, но потом я открываю глаза и вижу перед собой тётю Галю.
Сразу же понимаю, где я, и от этого настроение резко идёт вниз.
Поворачиваюсь к ней, и сажусь в кровати. Шикарная спальня, балдахин. Но, несмотря на роскошь обстановки, мне не по себе. Тут же вспоминается подслушанный вчера разговор охранников, и по позвоночнику проходит неприятный морозец.
— Пора вставать, невестушка, — тётя Галя говорит как-то непривычно бодро и любезно. Смотрю по сторонам, пытаясь понять одни ли мы.
