До сих пор я видела его только в костюмах и пиджаках, но сегодня он был одет с небрежной роскошью: кожаная куртка и черный кашемировый свитер. Но именно облегающие бедра черные джинсы заставили меня захотеть снять с него все и облизать каждый дюйм его тела.
Я нервничала из-за лжи, которую выпалила, и соображала, что бы сделать, чтобы выпутаться из передряги. С застрявшим в горле сердцем я, наконец, призналась:
— Лука, на самом деле, ничего не нужно. Я… я только что вспомнила, что уже израсходовала его вчера.
Прошу прощения за беспокойство.
Он нахмурился.
— Прости, — снова извинилась я.
Он склонил голову набок.
— Ты что, играешь со мной?
— Нет-нет, — быстро запротестовала я. — Я просто…
Я не смогла закончить предложение.
Но Лука стоял, ожидая ответа.
Я повернулась, чтобы убежать, но он схватил меня за руку и грубо притянул к себе. Я врезалась в его твердую грудь и охнула.
— Лука, — выдохнула я, когда он одной рукой обнял меня за талию, но в этом касании не было ничего нежного.
— Что ты делаешь, Скай? — прошептал он мне на ухо.
Дрожа всем телом, я покачала головой.
— Ничего, я просто… хотела побыть с тобой.
Он замер.
— Почему?
Я почувствовала, как жар поднимается к горлу.
— Я… хотела, чтобы ты… чтобы ты… поцеловал меня.
— Поцеловал? — спросил он, и что-то темное вспыхнуло в его глазах.
Я сжала дрожащие губы и кивнула.
— Где Джон? — пробормотал он.
— Ему пришлось уехать, забрать заказ из хозяйственного магазина. Он ушел около десяти минут назад.
— Мой голос звучал прерывисто.
Его ответом стала расстегнутая пуговица на моих джинсах, за ней последовала молния, он просунул руку мне в трусики и обхватил ладонью мой холмик. Я безвольно упала на него.
Я насквозь промокла, так что его пальцы сразу же погрузились в мою гладкость. Дрожь экстаза начала бурлить внизу живота.
Все, в чем я сейчас нуждалась и о чем могла думать, — это восхитительное освобождение, которое мне мог дать только он, но я запаниковала, что он подразнит меня, а затем бросит, не доведя дело до конца.
В конце концов, сейчас было утро, и прошло всего несколько часов с тех пор, как мы лежали в объятиях друг друга.
— Ты этого хотела? — спросил он, грубо поглаживая мой набухший бугорок.
Я кивнула, мои глаза закрылись, но я очень хотела поцеловать его, обхватить ногами, и чтобы он вошел в меня. Я чувствовала пустоту без его толстого члена, растягивающего и наполняющего меня, доставлявшего почти сводящую с ума боль.
