– Ирина Георгиевна, неужели вы решили нарушить свое затворничество? – слегка припадая на правую ногу, приблизился к нам незнакомец. Он широко улыбнулся, и на круглом добродушном лице озорно сверкнули узкие темные глаза. – А я, было, не поверил, когда Буров с поста позвонил, думал, померещилось парню с недосыпа.
– Здравствуй, Алексей, – кивнула мужчине Ирина. – У меня был веский повод приехать. Сообщи всем, что через час состоится собрание клана.
– Будет сделано, Ирина Георгиевна, – почтительно склонил голову седой.
– О, и Илья Сергеевич здесь? – удивленно воскликнул он, увидев подъехавшую бэху Ильи, но стоило Баженову захлопнуть дверцу и оказаться рядом, как лицо Алексея неуловимо изменилось. На нем отчетливо проступило неверие, которое сменилось удивлением и радостью.
– Здравствуй, Алексей Петрович, – громко сказал Илья.
– Илья Сергеевич, вот уж дождались! Теперь понятно, для чего собрание!
В узких глазах заблестели слезы.
– Жаль, матушка ваша не дожила, – даже не пытаясь их скрыть, улыбнулся седой.
– Вот уж порадовалась бы! Настоящий альфа вырос!
Ух ты! Выходит, то, что Илья выиграл поединок и стал альфой, уже все знают? Или Алексей это как-то по внешнему виду моего жениха определил?
– Леша, хватит антимонии разводить, – строго сказала Ирина. – Идем лучше в дом, у нас не так много времени. Баню сегодня топили? – спросила она.
– А то! Все, как обычно. Через полчаса самый смак будет.
– Вот и отлично, – кивнула бабуля и обернулась ко мне: – Даша, оставь своего пса и пошли в дом, покажу тебе комнату.
А Илья пока с делами разберется, – она многозначительно посмотрела на Баженова.
– Дела подождут, – упрямо усмехнулся тот и обнял меня за плечи. – Я сам покажу Даше нашу комнату.
Он сделал ударение на предпоследнем слове, Ирина прищурилась, а взгляд седого блеснул острым интересом.
– Что ж, хорошо, – кивнула бабуля. – Только не задерживайтесь, нам еще к собранию подготовиться нужно.
Она чуть отступила в сторону, и Илья повел меня в дом.
Стоило переступить порог, как я очутилась в прошлом.
Просторный светлый холл с высокими колоннами и широкой парадной лестницей был родом как раз из старых русских усадеб, да и комната, в которую привел меня Илья, больше походила на спальню из какой-нибудь книги или фильма – массивная кровать с фигурной спинкой, внушительный шкаф с резными дверцами, основательный комод из красного дерева. В дополнение к этому буржуазному великолепию шли бордовый ковер на полу и темные бархатные портьеры на окнах.
