Развернув, быстро пробежал взглядом, задержавшись только на нижней части, наверное, разбирал дату и подпись, затем передал сидевшему слева.
Прищурив и без того подслеповатые глаза, тот прочитал медленно, после чего кивнул еле заметно царю и сказал:
— Знавал я князя Ивана Андреевича Мосальского, заведовал Пушкарским приказом у твоего отца.
— Садись вон там, — показал Петр Первый на место напротив себя и приказал сидевшим там: — Подвиньтесь, дайте ему место и налейте!"
"Пили они дешевый голландский джин и пиво.
Пока по отдельности. Налили мне в оловянную стопку сидевшего на этом месте раньше, а теперь оказавшегося за соседним столом.
Я выдохнул и хлопнул стопку разом, потому что пить эту гадость по частям себе дороже, после чего вытер губы тыльной стороной ладони и молвил:
— Медовуха лучше!
— Знамо дело! — поддержали меня соседи по столу.
Царь Петр, изрядно отхлебнувший пива из большой оловянной кружки, задал вопрос:
— Так ты кому теперь служишь?
— Себе, — ответил я, усмехнувшись, и рассказал сочиненную перед приходом сюда легенду, соврав лишь самую малость: — Четыре года назад был капитаном драгунской роты во французском полку виконта де Донжа, воевал против голландцев, англичан и немцев.
Били их здорово. Потом заколол на дуэли племянника генерала, не стал дожидаться суда, продал капитанский патент и уехал в Роттердам, где купил небольшое судно, стал корсаром. Взял несколько призов, купил судно побольше. К тому времени добычи в море почти не осталось, поэтому отправился в Ост-Индию.
Там поступил на службу к китайскому императору Канси командиром драгунского полка. Точнее, обучил ему два драгунских полка, с одним из которых прошлой весной, в мае, участвовал в сражении с джунгарским правителем Галданом-Бошогту, в котором разбили его в пух и прах, убежал всего с парой тысяч всадников. Я был щедро награжден императором и повышен в чине до командующего знаменем — несколькими полками, примерно пятью тысячами человек.
Мне предложили остаться там навсегда, но я попросил отсрочку, решил сплавать в Европу, узнать, как распорядились моей судьбой во Франции. Жду ответ.
Царь опять посмотрел на подслеповатого, и тот опять еле заметным кивком подтвердил сказанное мной. Наверное, что-то знал о разгроме Галдана. Все-таки джунгарский правитель — союзник Московии.
— Так ты и в морском деле разбираешься? — поинтересовался Петр Первый.
— Командиром роты я стал не сразу.