Если бы он не купился на этот трюк, то мог бы подловить меня более простыми заклинаниями и тогда бы я точно проиграл. А так, у меня ещё есть шанс, маленький, но шанс.
Подобравшись ближе, здоровяк с обезумевшим взглядом сразу набросился, обрушив на меня мощный удар с правой. Блокировать его оказалось чертовски больно, но другого плана я не придумал.
Заблокировав удар, я бросил кучу песка ему в глаза.
— Тварь! — он начал протирать глаза и тут же получил новую порцию в рот.
— Вот так, покушай. — я ухмыльнулся.
Я опять довел ситуацию полного отчаяния и абсурда.
Вон, уже и песком начал кидаться. Но почему мне она кажется такой знакомой? А ладно, пора заканчивать, пока он не пришёл в себя. Точный удар по кадыку поставил точку в этой дуэли. Я старался бить не слишком сильно, чтобы ненароком не прикончить его."
"Самсонов замычал и его глаза закатились, после чего он упал на землю лицом вниз. А я, тяжело дыша, откинулся на спину. Всё, справился.
— Какого хрена!
— Это подстава! Такого не может быть!
— Донской! Скотина! Почему ты ещё жив?
С трибун доносился гомон недовольных зрителей.
И снова большинство поставило против меня. А это значит, что список моих врагов значительно подрос. Но сейчас мне плевать, я победил и это главное.
— Победителем дуэли объявляется Дмитрий Донской! — весёлым голосом объявил Дружинин, приблизив звуковой артефакт к губам.
Неужели в этот раз он доволен результатом? На меня, вообще никто не ставил что ли?
— Как он? — я спросил у одного из лекарей, который сейчас занимались Самсоновым.
Его силуэт подозрительно слабо мерцал. Только сейчас я увидел, что весь песок под ним оказался в крови. Видать я перестарался, когда подрезал ему сухожилия.
— Жить будет, — ответил он и влил ему в рот какой-то эликсир.
— Хватай мою руку, — Дружинин слегка наклонившись подал мне руку, чтобы я мог встать.
— Спасибо, — ухватившись я резким движением поднялся.
— Вот, возьми, — он протянул мне флакон с желтоватым эликсиром.
— Это что-то новенькое, такого цвета я ещё не видел, что он мне даст? — я вопросительно глянул на него.
— И не увидишь. Это слеза саламандры, — он горделиво ухмыльнулся, — от сердца отрываю. Он поможет тебе восстановиться.
Не знаю, каких конкретно саламандр он имел в виду, но очень сомневаюсь, что они плачут слезами, похожими на жидкое золото. В любом случае не думаю, что он хочет меня отравить. Вон, как собака, светится от счастья.
Откупорив флакон, я за три глотка влил в себя весь эликсир.
