Постепенно создавать свою семью и наш собственный мир, чтобы к тому моменту, когда мой сын… и мои будущие дети… начнут соображать, они даже не заподозрили, что когда-то было иначе.
Рика действительно доверяет мне. Боже, не знаю почему, но… она позволила мне уйти, хотя могла сдать полиции. А потом спасла, поделилась своей кровью со мной, боролась за меня…
– Я в курсе, как ты поступаешь с родителями, причинившими тебе боль, – Рика наконец-то возвращается к нашей дискуссии. – Неужели ты думаешь, что я подвергла бы ее такому риску, если бы не была уверена?
Уголки моих губ слегка приподнимаются в довольной улыбке.
– Ты боишься меня?
– Ох, очень. – Она наигранно кивает.
Засмеявшись, я немного расслабляюсь и иду к раковине, чтобы наполнить стакан водой, после чего осушаю его до дна, в то время как Рика что-то достает из холодильника. Собрав волосы в пучок, она берет кусок хлеба и накладывает сверху немного тунца. Из-за запаха еды живот сводит от голода, и я вспоминаю, что ничего не ел сегодня, кроме половины сэндвича, которую проглотил полчаса назад.
Я подхожу к барной стойке, останавливаюсь сбоку от Рики и тоже намазываю салат с тунцом на хлеб.
– Чарльз, – повторяю имя человека, с которым она сейчас разговаривала. – Кинкейд?
Наш старый декан, до сих пор руководящий частной школой Тандер-Бэй и помогавший отцу Уинтер тем утром, когда меня арестовали?
Рика улыбается себе под нос. Опустив взгляд, замечаю, что она складывает один ломтик хлеба пополам, затем отрывает корочку.
Я осекаюсь, посмотрев на свой сэндвич, сложенный точно так же. Хм, ну да.
– Завтра я выступаю с речью перед старшеклассниками в честь начала их последнего учебного года, – отвечает Рика, откусив кусочек.
– А Майкл и Кай в Лондоне, – добавляю я, – пытаются уговорить того архитектора.
И я был с ними, пока Уинтер не решила проявить остроумие.
Значит, кроме меня, сопровождать ее некому.
Обойдя вокруг, она садится на табурет и облокачивается на стойку.
– Ну, тебе не обязательно идти со мной. Я вполне способна сама о себе позаботиться. Там будут Андерсоны, не говоря уже о том, что Кинкейд до сих пор тебя ненавидит, поэтому…
Рика пытается пробудить во мне еще больший интерес?
– Твое появление может привлечь всеобщее внимание, – фальшиво вздохнув, изрекает она с обреченностью в голосе. – А я знаю, что ты предпочитаешь держаться в тени.
Хохотнув, я отрываю корочку от своего сэндвича.
