Если ты хочешь, чтобы я больше тебя не беспокоил, дай мне надежного человека. Лучше женщину. Мне нужен помощник, а ты ведь больше не хочешь участвовать в наших делах!
— Не хочу!
— Ну, так дай кого-то, кто сможет тебя заменить.
Толстяк подозрительно покосился на смуглолицего, достал из кармана листок и нацарапал на нем несколько слов. Смуглолицый спрятал этот листок в карман, потом взял чемодан, поднес к столу и открыл его. Из чемодана достал настольное зеркало в массивной серебряной раме, две свечи в бронзовых подсвечниках, несколько хрустальных флаконов, металлическую коробку, замшевый мешочек и метелочку из перьев, какой обметают пыль.
Толстяк-хозяин с почтительным удивлением следил за этими приготовлениями. Увидев зеркало, он тихо проговорил:
— Магическое зеркало… зеркало короля Рудольфа…
Зеркало блестело тусклым черным светом. Толстяк знал, что такое зеркало используется в ясновидении. В свое время чешский король Рудольф изобрел его, чтобы вызывать духов, с помощью которых общался с мертвыми и получал предсказания.
Толстяк поежился, ему внезапно стало холодно, как будто в помещении потянуло ветром. Это не был сырой ветер с залива или пахнущий прелой листвой и мокрой хвоей ветер из леса. Нет, это был ледяной ветер из огромного склепа, где темные мрачные надгробья, где памятники смотрят пустыми глазами на случайно оказавшегося там человека. Смотрят грозно и осуждающе, поскольку тут — обиталище мертвых и не место живым.
— Давай уж быстрее… — голос у толстяка дрогнул.
Смуглолицый ничего ему не ответил. Он установил зеркало посреди стола, рядом с ним поставил свечи, остальные предметы разложил вокруг и повернулся к хозяину:
— Ты мне немного поможешь.
— Ладно, но только это будет последний раз!
Смуглолицый зажег свечи, достал из замшевого мешочка щепотку какой-то высушенной травы и бросил ее в огонь. Пламя свечей вспыхнуло ярче, приобрело мертвенный зеленоватый оттенок, в комнате заметно потемнело, запахло странным, волнующим запахом — так пахнет в степи перед грозой.
Хозяин гаража побледнел.
Смуглолицый произнес несколько слов на незнакомом языке, затем открыл металлическую коробку и достал из нее стеклянный сосуд необычной формы, напоминающей лодку, скорее — египетскую похоронную ладью. В этот сосуд он налил немного жидкости из каждого флакона. Странный запах усилился, свет под потолком постепенно померк и вовсе погас. Теперь помещение освещалось только зеленоватым светом свечей.
