Вера достала свою сумку, надела куртку, простилась с профессором и двинулась к выходу из самолета.
— Звоните, если захотите узнать что-нибудь про античное искусство, — с улыбкой сказал он.
— Всенепременно, — вытащила Вера из памяти неупотребляемое слово. И улыбнулась тоже, перехватив злобный взгляд Арсения.
Увидев, что физиономия у него распухла, и ссадина под пластырем воспалилась, Вера ощутила небывалое удовлетворение. Захотелось скорчить ему зверскую рожу, так что пришлось взять себя в руки и вспомнить о любви к ближнему.
Вера не то чтобы устыдилась, но больно жалкий был у Арсения вид, так что она пожелала ему на прощание здоровья и всяческих успехов."
"Паспортный контроль прошли быстро, но у ленты багажного транспортера пришлось простоять больше получаса. Катя за собой чемодан, Вера вышла в шумный зал аэропорта. Она протискивалась сквозь плотную толпу встречающих, когда на нее налетела какая-то заполошная тетка, допытываясь, прибыл ли рейс из Дюссельдорфа.
— Не знаю, — честно ответила Вера, — я прилетела из Неаполя…
— А Дюссельдорф когда? — не отставала тетка, вцепившись в Верин рукав.
— Сейчас должны идти пассажиры из Дюссельдорфа! Он уже сорок минут, как сел! Почему они так долго не выходят?
— Да я-то при чем… — Вера попыталась вырваться, но тетка вцепилась в ее рукав мертвой хваткой.
Краем глаза Вера заметила какого-то шустрого мужичка в надвинутой на глаза кепке, который крутился возле нее и явно приглядывался к ее чемодану. Она хмуро взглянула на этого мужичка, подтянула чемодан поближе.
Еле отвязавшись от настырной тетки, Вера пробилась к выходу из терминала. На краю тротуара пассажиры дожидались такси. Вера застегнула куртку — после Италии ей было прохладно, остановилась возле перехода, и рядом с ней тут же затормозила светло-серая машина.
— Такси нужно? — осведомился, выскочив на тротуар, горбоносый парень с выбритой наголо головой и, не дожидаясь ответа, схватил ее чемодан, забросил в багажник.
— Пусть будет такси, — согласилась Вера, внезапно ощутив, как устала она от перелета, от всех предшествующих событий, от того, что все время была на людях.
Нет сил тащиться на перекладных, волоча за собой тяжелый чемодан.
Тут рядом с машиной возникла женщина лет сорока, в куртке немыслимо яркой расцветки, покрытая свежим загаром.
— Я раньше ее ждала! — заверещала она, пытаясь оттереть Веру от такси. — Это моя машина!
— Женщина, уймитесь! — холодно проговорил водитель. — Я уже принял заказ, и вещи в багажник положил.
