Но он совершенно не смутился, разлил шампанское по фужерам и протянул один Вере со словами:
– Держи, киска!
От растерянности и непонимания происходящего Верочка машинально взяла бокал. Но тут же спохватилась, поставила его на обшарпанную тумбочку и воскликнула:
– Юра, ты как сюда попал? Откуда адрес узнал?
– Это все, что тебя интересует? – зло усмехнулся Юра, развернулся и исчез в коридоре.
Только сейчас до обескураженной Веры дошла двусмысленность ее положения: она сидит на кровати в номере сомнительной гостиницы, которой наверняка в основном пользуются проститутки и прелюбодеи, а рядом с ней стоит голый мужик с бокалом шампанского.
– Юра! – заорала Вера и кинулась вслед за мужем.
Догнать супруга ей не удалось. Когда она приехала домой, Юры там не оказалось. А вечером ей позвонила свекровь и напряженным голосом сказала:
– Не собираюсь разбираться в ситуации, чужая душа потемки, но ты нас всех глубоко разочаровала. Не надейся на нашу помощь, Юрий не будет платить алименты на Сергея. Мы уверены, что мальчик рожден невесть от кого!
Вера попыталась оправдаться, но слушать ее не стали.
В полном отчаянии она позвонила Алтуфьевой, но ответила ей мать подруги.
– Тебе Катюшу? – переспросила она. – Дочь со своим ансамблем на гастролях в Венгрии.
Верочка обомлела. Она поняла, что за детскими вещами ее звала не приятельница, а мошенница, которая усиленно хрипела и кашляла, чтобы жертва обмана не насторожилась, услышав незнакомый голос. По всему выходило, что кто-то решил разрушить ее счастливый брак.
Негодяйка заманила Веру в ловушку, и, наверное, она же направила Юру в гостиницу.
Вся в рыданиях, Вера помчалась ко мне. Я кое-как успокоила бедняжку, а на следующий день с утра ринулась к Юрию на работу. И наткнулась на каменную стену непонимания.
– Лучше уходи, – с застывшим как маска лицом заявил мой друг детства, – я сам видел жену в дешевом номере, а рядом с ней голого урода с копеечным пойлом. Наверное, Верке надоел элитный коньяк из нашего домашнего бара, на дерьмо потянуло!
Я попыталась растолковать ревнивцу суть дела, но Юра отказывался воспринимать здравые слова.
Брак Астаховых разлетелся в щепки, Вера едва не угодила в психушку, от самоубийства ее уберегли лишь мысли о маленьком Сереже.
Надо отдать должное Вере, она сумела взять себя в руки. Стала много работать, чтобы обеспечить сына. Спустя полгода после разрыва с Юрой она сказала мне:
– И очень хорошо, что этот дурак ушел! Если он так мне не доверял, то ничего путного у нас бы не вышло.
