000 человек.
Надо сказать, что в современной литературе существуют абсолютно разные оценки мартовской амнистии. Например, Е.А. Прудникова[50] полагает, что она была предпринята для простой «разгрузки лагерей» и «смягчения прежней репрессивной политики» властей. Однако довольно популярна всё-таки иная версия (Р.Г.Пихоя, А.В. Сухомлинов, Д.В.Кобба[51]), которая гласит о том, что Л.П.Берия вполне сознательно инициировал столь широкую амнистию, чтобы резко обострить криминогенную обстановку в стране и, опираясь на мощный военно-полицейский ресурс МВД СССР, узурпировать власть и одним махом покончить с «коллективным руководством».
Эта версия вполне имеет право на жизнь, тем более что именно об этом говорил и Г.М.Маленков на июльском Пленуме ЦК 1953 года. При этом А.В. Сухомлинов утверждает, что изначально Л.П.Берия планировал куда более широкой проект амнистии, который, однако, не был принят Президиумом ЦК.
Наконец, в первой половине — середине апреля 1953 года Л.П.Берия буквально завалил Президиум ЦК КПСС своими записками на имя Г.
М.Маленкова «О реабилитации лиц, привлечённых по так называемому делу о врачах-вредителях», «О привлечении к уголовной ответственности лиц, виновных в убийстве С.М.Михоэлса и В.И.Голубова», «О неправильном ведении дела о так называемой мингрельской националистической группе», «О реабилитации Н.Д. Яковлева, И.И.Волкотрубенко, И.А.Мирзаханова и других» и т. д.[52] По итогам рассмотрения этих записок весь состав Президиума ЦК единогласно принял два Постановления о полной реабилитации и об освобождении из-под стражи врачей и членов их семей в количестве 37 человек (В.
Н. Виноградов, П.И. Егоров, М.С.Вовси, Я.Г.Этингер, Б.Б. Коган и др.) и ответственных партийных и советских работников Грузинской СССР тоже в количестве 37 человек (М.И.Барамия, А.Н.Рапава, П.А.Ша-рия, И.С.Зоделава, А.И.Мирцхулава, В.Я.Шония, Г.Т.Каранадзе и др.)[53]
Кроме того, по решению, принятому в самом МВД, тогда же было прекращено уголовное дело в отношении всех лиц, привлечённых к ответственности по Постановлению Совета Министров СССР № 5444–2370 от 31 декабря 1951 года «О недостатках 57-мм автоматических зенитных пушек С-60», — бывших заместителя министра Вооружённых сил СССР маршала артиллерии Николая Дмитриевича Яковлева, начальника Главного артиллерийского управления МВС генерал-полковника артиллерии Ивана Ивановича Волкотрубенко, заместителя министра вооружений генерал-майора Иллариона Аветовича Мирзаханова и др.
Чуть позже, в конце мая 1953 года, Л.П.
